Замороженные конфликты и "международное посредничество": почему Азербайджан возвращает свои территории силой? - Анализ

Поражение дипломатии: горькие уроки международного посредничества и тревожный колокол «эффекта домино»

Почему Азербайджан возвращает свои территории силой?

В свете реалити-шоу выборов президента США внимание международной общественности ожидаемо сконцентрировано именно на судьбоносных событиях в Западном полушарии. Софиты международной сцены направлены на драматические события, которые разыгрываются в этой колыбели западной демократии, оставляя в тени другие важные процессы, которые, вне сомнения, являются маркерами разрушительной дискредитации переговоров как эффективного инструмента решения конфликтных ситуаций и роли посредничества третьих стран в территориальных конфликтах.

Оценивая ситуацию вокруг Нагорного Карабаха в динамике событий с 27 сентября 2020 года, с каждым последующим днем становится все очевиднее, что Азербайджан имеет явное военное преимущество и последовательно отвоевывает пядь за пядью исконные земли, которые утратил 28 лет назад. Где бы не произошла точка перехода военного сценария в переговорный, понятно, что Азербайджан будет занимать доминирующую позицию стороны, которая будет диктовать условия мирового соглашения.

Юлия Осмоловская

В свете этих обстоятельств обращает на себя внимание факт практического безмолвия трио стран-посредников, сопредседателей Минской группы — США, Франции, РФ – вызвавшихся еще в далеком 1997 году содействовать урегулированию конфликта между Азербайджаном и Арменией. Отдельные их заявления, наряду с аналогичными от ЕС, ООН, ОБСЕ и др. с осуждениями боевых действий и требованиями остановить эскалацию конфликта, — не в счет. Эти призывы — просто традиционная форма политического реагирования, которая имеет настолько устойчивые дипломатические клише, что ее впору назвать «хрестоматийной», нужно только не забывать менять названия стран и конфликтующих сторон. Мировое сообщество говорит то, что должно сказать. При этом все эти мировые акторы отдают себе отчет, что, по факту, сделать они ничего не могут.

Троекратно предпринятые с сентября с.г. переговорные усилия России, США, ОБСЕ по достижению договоренностей между Азербайджаном и Арменией о прекращении огня не увенчались успехом. Договоренности нарушались уже на следующий день. Понимая всю тщетность своих усилий, эти и другие международные посредники предпочитают на данном этапе отмалчиваться, чтобы окончательно не подорвать свой международный авторитет, и выжидают момента «созревания готовности к переговорам», которую проявят сами Армения и Азербайджан.

Однако, пока этого не происходит. Азербайджан продолжает решать свои интересы военным путем, выдвигая Армении такие условия к переговорам, которые будут, как минимум, стоить политической карьеры руководству Армении. Армения терпит поражение, но все еще надеется на чудо, которое позволит обернуть ситуацию вспять…

Горькая ирония всей ситуации состоит в том, что на примере того, как решается конфликт вокруг Нагорного Карабаха через 28 лет от его начала и длительного переговорного процесса по его урегулированию, мы наблюдаем парадоксальную инверсию логики решения территориальных конфликтов. Переговоры отброшены как неэффективный инструмент, и в ход вступает сила.

Почему Азербайджан решился на такой путь и почему его позицию можно понять?

Долгие 28 лет переговоров в рамках Минской группы не приблизили ситуацию к ее справедливому разрешению. Азербайджан терпеливо участвовал в переговорах, надеясь, что будут найдены пути, способные вынудить Армению выполнить решения ряда резолюций Совета безопасности ООН (№822 от 30.04.1993; №853 от 29.07.1993; №874 от 14.10.1993; №884 от 12.11.1993). Могло ли быть иначе? Есть факт нарушения территориальной целостности Азербайджана в его международно-признанных границах. Есть факт предписания требований авторитетной международной организации к Армении вернуть эти территории. Есть согласованный международный формат решения этих вопросов при участии влиятельных стран-посредников США, РФ и Франции. Оставалось только двигаться в этом направлении…

Надо отдать должное Азербайджану в его терпеливости, что, впрочем, не означало его пассивного ожидания изменения ситуации к лучшему. Доподлинно не известен тот момент, когда политическое руководство этой страны начало осознавать для себя мизерный коэффициент полезного действия «минской площадки» и пришло к выводу, что нужно наращивать силы, чтобы вернуть свои территории военным путем. Однако, это точно произошло задолго до того, как международная конфигурация и баланс силы игроков начал меняться в последние два года.

Опытные переговорщики хорошо знают, что в силовых моделях переговоров есть одна слабая сторона. Баланс силы неустойчив и со временем может меняться. В таких случаях, ранее поверженная сторона обязательно будет искать возможность взять реванш, когда перевес силы возникает в ее пользу. И эта возможность для Азербайджана созрела к сентябрю 2020 года.

Если на начало 90-х годов прошлого столетия Армения использовала свое силовое преимущество и Азербайджан утратил контроль над частью своих территорий в результате боевых действий, то на середину 2020 года военная сила этой страны стала значительно превосходить потенциал Армении. К тому же, у Азербайджана появился сильный региональный союзник – Турция — которая с самого начала обострения обстановки вокруг Нагорного Карабаха в сентябре 2020 года открыто заявила о своей готовности предоставить политическую и военную поддержку Азербайджану.

Ослабление партнерских связей Армении и России как следствие прохладных отношений между президентом РФ В.Путиным и премьер-министром Армении Н.Пашиняном отчетливо указывало на то, что Россия не будет становиться на сторону Армении в этом конфликте и предпочтет укрываться за дипломатическими фразами равной ценности отношений как с Арменией, так и с Азербайджаном. Элегантной российской дипломатической шпилькой Армении можно считать ответ политического руководства России на обращение премьер-министра Н.Пашиняна с просьбой «начать консультации с целью определения вида и объема помощи, которую Российская Федерация может предоставить Республике Армения для обеспечения ее безопасности». Ответ российского МИДа от 31.10.2020 был более чем красноречив «… в соответствии с Договором о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Россией и Арменией Москва окажет Еревану всю необходимую помощь, если боестолкновения будут перенесены непосредственно на территорию республики…». В переводе с дипломатического языка на общедоступный это означает одно: «разбирайтесь сами».

Сосредоточенность еще одного влиятельного посредника по «минской тройке» — США – на своих внутреннеполитических событиях (на октябрь пришелся пик президентской кампании) естественным образом вывела вопрос нагорно-карабахского конфликта из фокуса внимания этой страны: посреднические усилия госсекретаря США М.Помпео носили скорее ритуальный характер, а небрежные заявления президента США Д.Трампа перед своими избирателями в духе «мы там быстро все порешаем» создавали впечатление импровизированной попытки кандидата в президенты получить лояльность выборщиков из числа многочисленной армянской диаспоры, проживающей в США.

Добавим к этому крутое пике взаимной уничтожительной персонифицированной риторики президента Франции Э.Макрона и президента Турции Р.Эрдогана, — и шахматная комбинация образца осени 2020 года складывается явно в пользу Азербайджана.

Вместо того, чтобы и дальше продолжать надеяться на переговоры при международном посредничестве, получивших с приходом ко власти в Армении премьер-министра Н.Пашиняна совершенно другую динамику, которую Азербайджан не мог назвать для себя конструктивной, — президент страны Ильхам Алиев принимает решение о самостоятельных действиях Азербайджана по принуждению Армении к выполнению резолюций СБ ООН и возврату своих территорий.

Поддав однозначной критике безнадежность переговорных усилий «минской площадки» для имплементации указанных выше резолюций СБ ООН, в октябре 2020 года президент Азербайджана Ильхам Алиев делает достаточно прямолинейные публичные заявления: «28 лет назад была создана Минская группа. Они нас вводили в заблуждение 28 лет. Все эти 28 лет они обещали нам, просили нас подождать, говорили, что будут оказывать давление на Армению, что будут делать то и это. Все оказалось ложью. Теперь это очевидно каждому… Они нас будут держать в заблуждении еще следующие 27 лет, следующие 30 лет. Делегации будут приезжать сюда следующие 30 лет и вести переговоры. Мы уже насытились этим и терпение азербайджанского народа иссякло».

И действительно, что может предложить сегодня мировое сообщество и прогрессивные передовые группы переговорщиков стран-посредников? Еще несколько лет переговорного процесса или его имитации с туманными перспективами движения к разрешению конфликта? Это просто топтание на месте. Потому мы и не слышим их громких заявлений кроме ритуальных призывов к прекращению огня, не видим активных действий по посредничеству.
Характерно, что политическое руководство Азербайджана заявляет, что готово в любой момент сесть за стол переговоров с Арменией и прекратить боевые действия, при условии предоставления Арменией четкого плана и этапов вывода своих военных формирований с территории Азербайджана. Впрочем, как заявил азербайджанский президент И.Алиев в телеинтервью британской ВВС 09.11.2020, возможностей для компромисса становится все меньше, поскольку Азербайджан самостоятельно отвоевывает свои территории силой.

Динамика разрешения конфликта вокруг Нагорного Карабаха осенью 2020 года и путь, на который решился Азербайджан, подводят нас к нескольким важным выводам, которые могут иметь далеко идущие последствия и спровоцировать «эффект домино» среди других стран, которые тоже испытывают проблемы захвата своих территорий сопредельными государствами.

1. Обесценивание системы международного права и институтов, призванных защищать его исполнение. Если за 28 лет даже влиятельным странам-посредникам не удалось убедить/принудить Армению к выполнению предписаний указанных выше резолюций СБ ООН, то этот механизм в его нынешнем виде дискредитирован. Страны-нарушители могут позволить себе игнорировать соблюдение норм международного права, понимая, что за эту небрежность не последует строгого наказания (к примеру, в виде жестких санкций).

2. Низкая привлекательность любых переговорных форматов с участием стран-посредников, особенно если такие форматы показывают невысокую динамику, становятся «хроническими» и, скорее, напоминают имитацию, чем результативный переговорный процесс.

3. Привлекательность ухода в односторонние решения для восстановления справедливости с позиции силы и отхода от переговорных форматов как инструмента разрешения конфликтов в момент времени, когда «потерпевшая сторона» получает силовое преимущество.

Прецедент Нагорного Карабаха образца осени 2020 года – тревожный звонок мировому сообществу, которое живет убеждениями великой силы переговорного пути в противовес силовому. Пример действий Азербайджана отчетливо демонстрирует, что, когда слова бессильны, в разговор вступает оружие. Vim vi repellere licet.

Конечно, анализ, представленный в данной статье, несколько упрощен. Из него умышленно выведены этнические вопросы и вопросы статуса Нагорного Карабаха в составе Азербайджана, поскольку они делают всю ситуацию гораздо более комплексной и нюансированной. Также в статье не преследовалась цель стать на сторону одного из участников конфликта вокруг Нагорного Карабаха.

Главная задача этого материала – обратить внимание на то, что низкая результативность работы международных посреднических форматов при урегулировании территориальных конфликтов (ввиду отсутствия должного и действенного механизма принуждения сторон к соблюдению норм международного права и нерушимости территориальной целостности) может спровоцировать «потерпевшую сторону» восстанавливать ущерб своих интересов в одностороннем порядке с применением (военной) силы в момент, когда она получает силовое преимущество, так, как это делает Азербайджан сегодня.

Успех Азербайджана в своем подходе и возврат территорий в результате боевых действий после 28 лет тщетных переговорных усилий может стать соблазнительным примером подражания для стран, оказавшихся в похожих обстоятельствах. К примеру, Украины. Но будет ли готова Украина ждать еще 22 года, чтобы прийти к печальному выводу бесперспективности своего «минского формата» и последовать примеру Азербайджана?

Юлия Осмоловская, специально для Yenicag — Новая Эпоха

www.yenicag.ru

302
NOVOYE-VREMYA.COM
www.newsroom.kz