Зачем едет король Салман в Москву? - Мнение эксперта

О ситуации на Ближнем Востоке, визите короля Саудовской Аравии в Россию и о ирано-турецком сближении рассказал Yenicag.Ru востоковед, доктор наук России, Игорь Панкратенко.

— Сейчас ожидается визит в Москву короля Саудовской Аравии. Напротив, президент Турции должен в скором быть в Тегеране. Как вы считаете, не идет ли на Ближнем Востоке в определенной степени перегруппировка союзников. Турция сближается с Тегераном, а Москва с Эр-Риядом?

— На мой взгляд, ничего подобного не происходит. Дело в том, что Москва попросту запуталась в своих интригах на Ближнем Востоке и уже не знает, к какой стороне примкнуть, чтобы обеспечить себе место в качестве системного игрока.

Вдобавок ко всему, сближение с Эр-Риядом является давней мечтой Кремля, на реализацию которой он положил много сил, ради реализации которой он предавал союзников, тот же Иран, того же Асада (хотя, с недавних пор внезапно выяснилось, что ни Тегеран, ни Дамаск для него союзниками никогда и не были).
Впрочем, «предательство» — это, наверное, громко сказано. Главным источником дохода для нынешнего российского режима являются нефть и газ. Саудиты – пока основные конкуренты Москвы на рынке нефти, а потому договоренности с ними являются для Кремля важнее отношений с любыми другими партнерами на Ближнем Востоке. Ну, за исключением Израиля, конечно.

Вопрос лишь в том, что ни Эр-Рияду, ни израильтянам, ни тем же американцам Москва как коспонсор ближневосточных процессов не нужна. Какие-то временные тактические договоренности с ней они допускают, но – не более того.

Другое дело, и здесь вы абсолютно правы, идет формирование двух групп, противостояние которых на ближайшее, не исключаю – десятилетие, будет определять ситуацию в регионе. С одно стороны — это Анкара, Тегеран и примкнувший к ним Багдад. С другой – израильтяне, саудиты и их союзники.
Внутри каждой из этих групп существуют свои противоречия, их внутренние связи будут то усиливаться, то ослабевать, каждая из них будет стремиться привлечь в орбиту своего влияния новые государства (в том числе – из Центральной Азии и с Южного Кавказа), какие-то трансграничные политические движения, но ситуация, думаю, будет выглядеть именно так. Привычного нам Ближнего Востока постколониального периода больше нет, регион вступает в новую эру.

— Как Иран будет реагировать на возможное сближение между Москвой и Эр-Риядом?

— Без восторга, но и без излишнего драматизма. Отношение к России только за последние 10 лет прошло всю амплитуду эмоций – и надежды, и разочарования, и попытки партнерства… Как бы ни прискорбно это звучало, но в Тегеране сейчас не связывают с Москвой каких-либо серьезных планов. Получится добиться прогресса на каком-то направлении – хорошо. Нет – ну и ладно.

Другое дело, что с объективных позиций стратегическое партнерство с Ираном куда выгоднее для Москвы, чем тактические договоренности с Эр-Риядом, к которым там всерьез относиться никогда не будут. Но в Кремле считают иначе…

Ниджат Гаджиев

www.yenicag.ru

1630