Юлия Осмоловская: «Потеря Беларуси будет для России второй исторической катастрофой после развала СССР»

Эксклюзивное интервью Yenicag.Ru — Новая Эпоха с известным украинским экспертом, карьерным дипломатом со 15-летним стажем работы в МИД Украины, профессиональным переговорщиком, генеральным директором консалтинговой компании AB&D Group Юлией Осмоловской.

— Европейские структуры одна за другой заявляют, что режиму Лукашенко пришел конец. Такое мнение высказал и глава Бундестага Вольфганг Шойбле, который заявил, что «когда диктатору приходит конец, то лучше всего найти способ отказаться от применения насилия». По-вашему, насколько серьезна ситуация в этой стране, и к чему это ведет?

— Как сказал один из выдающихся диктаторов ХХ столетия Аугусто Пиночет: «История свидетельствует, что диктаторы всегда плохо заканчивают». Я также встречала другую цитату, которая здесь может быть уместна: «Все диктаторы думают, что они гениально неповторимы, но заканчивают они всегда одинаково». Впрочем, справедливости ради, я бы пока воздержалась воспринимать данное утверждение как a fait accompli в случае с господином Лукашенко, поскольку, мы видим, что ситуация еще достаточно динамично развивается и такие выводы будут преждевременны. Хотя некоторые наблюдатели (в том числе, и западные) фиксируют снижение интенсивности протестов и даже говорят о том, что Лукашенко удалось взять ситуацию под свой контроль, — о какой-то одной устойчивой тенденции развития внутриполитического конфликта в Беларуси говорить еще рано. Скорее, мы до сих пор имеем дело с оценками ситуации в категориях форсайта – экспресс-моделирования вариантов развития различных сценариев. При этом, мы до конца не можем быть уверены в том, что не возникнут новые «черные лебеди», которые могут в одночасье изменить траекторию движения.

Юлия Осмоловская
Юлия Осмоловская

Я выбираю такую осторожность в оценках будущего, исходя из украинских событий перелома 2013-2014 годов. В то время судьбоносные изменения в нашей стране определялись несколькими векторами внешних сил – американскими, европейскими, российскими. При том, что была и собственная внутренняя динамика противостояния в Украине. Ни один из этих векторов не сработал в точности до 100% от изначально задуманного сценария. То, что мы имеем на сегодня – это искажение траектории, вызванное их столкновением и противодействием. Не думаю, что именно такого результата хотела каждая из сил.

То же можно сказать и о Беларуси. Хотя, в силу большей закрытости от внешнего мира и зависимости от России, режиму Лукашенко удалось обеспечить более жесткий, чем в Украине, фильтр от западного влияния. Поэтому про-западные силы в Беларуси не настолько динамичны и эффективны в своем влиянии, как были у нас. Вы же видите, что требования протестующих мало затрагивают вопросы геостратегической ориентации страны. А если и затрагивают – то довольно противоречивы: часть из них ищет диалога с той же Россией и не собирается давать крен в сторону Запада.

Полагаю, созерцая господина Лукашенко в бронежилете и с автоматом Калашникова, делающего облет на военном вертолете, сейчас мало кто на Западе испытывает иллюзии по поводу готовности белорусского-президента-сомнительной-легитимности добровольно уступить власть. Он настроен сражаться, хотя может быть поставлен в ситуацию, из которой не будет другого выхода. Причем, скорее для него такой сценарий может уготовить Россия, чем Запад. О чем мы можем сегодня заявлять определенно, так это о значительном ослаблении Лукашенко как президента. Он будет пытаться укреплять фасад дома своей власти и создавать у нас иллюзию того, что все под контролем. Но какой смысл красить фасад, если несущие стены дома уже дали глубокие трещины? Штукатуркой тут не обойдешься, и обвал этих стен – лишь вопрос времени.

— Недавно Меркель и Путин провели телефонный разговор по поводу событий в Беларуси. На фоне сильного давления со стороны ЕС на Лукашенко, какую позицию займет Россия? Насколько реальна вероятность того, что Путин «предаст», вернее, «продаст» Батьку европейцам?

— По иронии судьбы, на фоне событий в Беларуси президент России выступает для Европы сейчас если не голубем мира, то – по крайней мере – единственно возможным медиатором вероятного (!) диалога западных лидеров с Лукашенко и иллюзорным гарантом относительно «цивилизованного» формата диалога квази-легитимного Лукашенко с протестующими. Так же, как в свое время сам «последний диктатор Европы» Лукашенко заявил о своей готовности стать посредником между Украиной и Россией в русско-украинском конфликте. Тогда он превратился для Запада в эдакого «голубя мира», благодаря чему и начал постепенно выходить из международной изоляции.
Сейчас мы видим, что Лукашенко избрал стратегию избегания переговоров как с Западом, так и с оппозицией. Все коммуникации осуществляются через российское политическое руководство, что, впрочем, выглядит достаточно естественно, принимая во внимание высокую степень интегрированности (читай –зависимости Беларуси от РФ) двух государств в рамках союзного договора.

Эта стратегия точно не сработает «в плюс» отношениям Беларуси с коллективным Западом. Особенно, когда федеральный канцлер ФРГ А.Меркель откровенно признается, что Лукашенко не хочет с ней разговаривать и не берет телефон, когда она звонит. В таких условиях логично ожидать новый виток резкого охлаждения отношений с Европой вплоть до привычной для Лукашенко изоляции. Однако, такая ситуация довольно терпима (если не сказать, комфортна) для белорусского Батьки. А если она терпима – никакие вводимые западом методы «принуждения к диалогу» не будут его стимулировать изменить свое поведение. У загнанного в угол зверя работает только один инстинкт – выживание любой ценой. Диалог с Западом предполагает неизбежность последующего диалога с протестующими, а значит – по мнению самого Лукашенко – его неминуемую политическую смерть. Союзничество с Россией – призрачную надежду на политическую жизнь, поскольку сам А.Лукашенко до конца не уверен, что может рассчитывать на лояльность и протекцию президента РФ В.Путина.

Для России сложившийся status-quo более комфортен, чем для других игроков. Коллективный Запад откровенно не знает, «как укротить строптивого Лукашенко». Россия, однозначно, рассматривает несколько сценариев, общим знаменателем которых является приведение к власти такого лидера Беларуси, который бы оставался лояльным России. Братская дружба с А.Лукашенко имеет свои границы, в чем РФ имела возможность неоднократно убеждаться. Поэтому, даже сохранив Батьку на своих позициях, российское политическое руководство рассматривает это, скорее, как временное решение. Вариант «коллективного предательства» Батьки Западом и РФ я бы не исключала, учитывая слаженную историю сотрудничества России, ЕС и США в изгнании бывшего председателя Демократической партии Молдовы Владимира Плахотнюка из страны в июне 2019 года. Как только российским политическим руководством будут найдены соответствующие решения, которые будут максимально отражать интересы РФ, будьте уверенны – такой сценарий один из наиболее вероятных.

— Если у Путина нет запасного варианта, вернее, альтернативы Лукашенко – как утверждают российские аналитики – то сможет ли Кремль осуществить «украинский сценарий» в Беларуси – ввод войск или захват части территорий?

— Поверьте, даже если у России нет альтернативы Лукашенко (в чем я лично очень сомневаюсь), политическое руководство РФ усиленно работает над этим вопросом. У них в распоряжении есть несколько сценариев, которые можно реализовывать для достижения одной единственной цели – сохранить контроль над этим государством и привести к его поглощению Россией. Скажем, чем не привлекателен вариант с оппозиционным кандидатом Виктором Бабарыко? Человеком, около 20 лет работавшим на структуру, 99% контроля над которой имеют русские ПАО «Газпром» и «Газпромбанк»? Можно ли говорить, что политик с таким послужным списком будет нелояльным России?

Варианты силового присутствия РФ в Беларуси имеют равное право на жизнь. Сегодня мы видим, как начинает разыгрываться карта «сепаратистских настроений» в западных регионах Беларуси (Гродненская область). Также актуальным остается сценарий оказания «дружеской помощи» а рамках обязательств военного сотрудничества Союзных государств. Однако, думаю, более привлекательными, исходя из уроков «украинского кейса», для РФ по-прежнему, остаются сценарии гибридной «ползучей экспансии», нежели прямого вооруженного проникновения. Это даст возможность для РФ избежать резкого осуждения своих действий со стороны Запада, что может также повлечь усиление санкций. Прямые силовые сценарии России не выгодны, ведь она может понести имиджевые потери. Гораздо комфортнее обеспечить контроль над процессами в Беларуси более тонкими методами, за которые будет трудно потом притянуть нашего северного соседа к ответственности.

— Давайте о худшем сценарии для Москвы: что будет обозначать для России потеря Беларуси в геополитическом плане?

— Во-первых, пока такой сценарий выглядит маловероятным. Я уже говорила выше, оппозиция в Беларуси не является однородной и не выдвигает геополитических требований о смене курса страны. Есть часть оппозиции, которая озвучивает радикальные предложения о выходе из Союзного государства России и Беларуси, СНГ, ЕврАзЭС, Таможенного Союза и интеграцию с Западом. Но это только часть оппозиции. Большинство протестов беларусов связно с нетерпимостью к брутальным формам подавления протестов со стороны правоохранительных органов и хронической усталостью от приевшегося блюда – бессменного лидера нации А.Лукашенко. Протестующие не выносили на первый план вопросы национальной самоидентификации как противопоставления себя России.

Как бы ни камуфлировали российские политики свою тревогу за судьбу Беларуси в безразлично-нейтральные констатации о том, что Россия не ставит за цель сохранить свое влияние в зоне «исконно исторических интересов» (к коим относится и Беларусь), в действительности, для российского политического руководства это серьезная проблема мировоззренческого и идеологического характера. Латентная борьба за сферы влияния (в том числе, насаждение своих ценностей и идеалов) не прекращалась со времен окончания Холодной войны. Первые десятилетия после развала СССР, пока Россия собирала по крупицам утраченную былую мощь Союза и зализывала раны от потерь части территории бывшей империи, это идеологическое противостояние было не так заметно. В последние два десятилетия имперские аппетиты разыгрались с новой силой. Однако, относительной победой можно считать только Беларусь, которая – и то, не полностью – соблазнилась перспективами дивидендов от «эффекта масштабов» нового Союзного государства. С другими бывшими республиками СССР победы у России сомнительные. Посмотрите на Украину.

Потеря Беларуси в геополитическом плане стала бы для России второй исторической катастрофой (после развала СССР). Это будет означать окончательный крах сверх-идеи о постепенном восстановлении былой мощи Союза посредством тесной интеграции (читай – поглощения Россией) бывших союзных республик. Успешный кейс интеграции Беларуси под своей метрополией позволил бы России рассчитывать на «эффект домино» среди других стран бывшего СССР. Постепенный, растянутый во времени процесс, но с конечной целью реинтеграции пространства СНГ под началом России. Уход Беларуси «в свободное плавание» станет сигналом необратимости центробежных тенденций и окончательном отрыве бывших союзных республик от РФ. О какой мотивации для других можно будет говорить, если даже такое «кроткое дитя» бросит своего родителя?

— В Евросоюзе готовятся ввести санкции против Лукашенко, который и раньше не являлся «любимчиком» европейцев. На ваш взгляд, какие ограничения могут ввести европейские структуры в отношении Беларуси и ее руководства?

— Какие бы санкции и ограничения не вводили западные страны по отношению к А.Лукашенко и его окружению, в принципиальном плане это ничего не поменяет. Опальный президент к ним морально готов и привык жить под санкциями. Беларусь в экономическом и политическом плане более зависима от России, чем от Запада. Поэтому, с такими утратами комфорта А.Лукашенко может легко примириться. И потом, что коллективный Запад может предложить в качестве наказания? Запрет на въезд на территорию европейских государств? Так Батька и сам, похоже, не рвется туда. Замораживание личных счетов? А кто сказал, что основные активы Батьки находятся в западных банках? В мире достаточно других государств с лояльными финансовыми режимами, где можно размещать свои активы и иметь гарантии доступа к ним. Отраслевые санкции? Объём товарооборота Беларуси со странами ЕС в 2019 году составил порядка 13 млрд долларов США, тогда как в торговле только с Россией этот показатель равнялся 36 млрд долларов.

Мы знаем из истории, что санкции – не самый эффективный механизм принуждения к изменению поведения государства. Иран, к примеру, вообще находится в перманентном режиме санкций, начиная с 70-х годов прошлого столетия. Это как-то стимулирует их менять свою политику? Конечно, бывают периоды политических оттепелей, когда санкции ослабляются, но они длятся недолго. Следует признать, что у коллективного Запада – по большому счету – нет четкой и готовой позиции относительно Беларуси. С одной стороны – надо поддерживать диалог, чтобы не создать у себя на восточной границе еще один очаг нестабильности. С другой – надо высказать свое жесткое непринятие политики диктатора и наказать его. Но как наказать так, чтобы это возымело желаемый эффект?

Политическое руководство ЕС уже четко высказалось, что не желает допустить в Беларуси повторения «украинского сценария». Почему? Да потому, что они не в состоянии управлять и контролировать процессы в наших странах (особенно, в Беларуси). Особенно, процессы дестабилизирующего характера, которые могут рикошетом отразится на мирно дремлющей сытой Европе. А вот Россия, в значительной степени, – может. Тем более, что в случае с Белоруссией Россия была предельно однозначна в своей едва скрытой угрозе западным политикам «не вмешиваться в дела сопредельного государства». При этом, в отличие от «украинского кейса» об этом было сказано достаточно прямолинейно. Кто из коллективного Запада отважится открыто вступать в противостояние с РФ, которое может закончится военными действиями? Особенно, после фиаско миротворческих усилий европейской дипломатии в Грузии и Украине? Не стоит питать иллюзий, что Европа готова оскалить зубы в ответ. Она, скорее, молча проглотит это, стыдливо прикрываясь маской призывов к умиротворению из серии «ребята, давайте жить дружно!».

— На фоне происходящего Лукашенко приказал усилить охрану белорусских границ и привел воинские части, расположенные на западной части страны, в полную боевую готовность. Действительно ли Беларусь ждет вторжения со стороны Европы или это одна из последних попыток диктатора сохранить свою власть?

— Любому здравомыслящему человеку даже без специального военного образования понятна полная абсурдность этой мысли. Опять-таки, посмотрите на Украину. Имея более продвинутые отношения с НАТО и определенную (пусть и мизерную) степень синхронизации наших военных структур, Украина так и не получила более действенной поддержки от НАТО чем жесткие политические заявления, инструкторов, (частично) военную помощь. Никто на Западе не хочет открытого военного конфликта с Россией. Они явно стараются избежать этого всеми силами. Тем более, никто не будет провоцировать разгорание военного конфликта у своих границ и угрожать нападением.

Данные заявления А.Лукашенко рассчитаны, прежде всего, на внутреннего потребителя. Как оправдание милитаризации своих силовых структур и военного присутствия РФ на своей территории. Происходит элементарное нагнетание страха у белорусского населения, которое падает на благодатную почву еще не рассеявшихся фантомов о «страшном НАТО» периода советской эпохи. Конечно, не стоит исключать «эксцессов исполнителя», когда психологически взведенные военные Беларуси могут попасться на провокации или сами спровоцировать инциденты (например, на границе с Литвой, как это было недавно в случае с взаимными обвинениями о нарушении воздушного пространства). Обстановка достаточно нервозная. Это надо понимать. Любая случайность может стать триггером эскалации и втянуть Европу в конфликт. Не дай Бог, военный.

— Как близкий сосед, какую роль играет Украина, вернее, ее политический истеблишмент во внутри белорусских событиях?

— В своем интервью изданию Euronews, опубликованном 25 августа с.г., наш президент В.Зеленский четко заявил, что «Украина не будет вмешиваться», поскольку «это их [Беларуси] внутренние дела».  Данную позицию надо принимать за истину по ряду причин.

Во-первых, мы еще не настолько сильны стратегически и не имеем того геополитического веса, чтобы играть в такие игры. Во-вторых, проводить разные «подрывные операции» на территории сопредельного государства, которое почти срослось с Россией было бы политическим безумием. Даже для более искушенного в мировых политических интригах государственного деятеля, чем наш президент. Вы же видите позицию США в этом вопросе. Достаточная отстраненность. В-третьих, это – игра «в долгую», для которой необходимы ресурсы. Украина на сегодняшний день не может себе этого позволить. В-четвертых, создавать на ресурсно слабых позициях новый очаг напряжения с РФ в своих и без того проблемных отношениях – политическая близорукость. В-пятых, выигрыш для украинских интересов сомнительный. Мы не знаем, кто придет на место А.Лукашенко, и, тем более, не можем на это влиять. Явного лидера оппозиции с про-европейскими взглядами в Беларуси нет. С.Тихановская, выступая с экранов западных медиа, говорит красивые правильные фразы. Только видно, что они для нее чужие. Она ими не живет и не горит. Импрессия достаточно блеклая…

То, что украинское общество очень близко к сердцу принимает все происходящее в Беларуси – это чистая правда. У всех нас еще живы воспоминания о трагических событиях начала 2014 года. Хотя с высоты 6-ти прожитых в новой реальности лет украинцы по-разному оценивают результаты этой искренней жертвенности своего народа. Мы, действительно, не хотим, чтобы в Беларуси были бессмысленные жертвы, смерти, боль и страдания. Мы искренне переживаем за страну, и нацию в целом.

Богатая палитра политического спектра Украины также демонстрирует крайности подходов к оценке ситуации. Есть часть политических элит, которые всецело солидарны с позицией Запада и более радикальной позицией Польши и стран Балтии. Но есть и другие. Те, которые оправдывают поведение А.Лукашенко. По этой причине, а также из геополитических соображений руководство Украины вынуждено занимать позицию, которую можно назвать амбивалентной. Как я уже упоминала, мы точно не питаем иллюзий, что можем управлять процессами в Беларуси и кроить их под свои интересы. Поэтому открытая поддержка одной из сторон конфликта может существенно усложнить нам наши двусторонние отношения в будущем.

Проблема в том, что, по состоянию на сегодня, очень сложно определить правильный алгоритм решения белорусского кризиса, в котором будут учитываться, прежде всего, интересы народа. Если таковой будет найден, Украина, безусловно его поддержит.

Беседовал: Кавказ Омаров

www.yenicag.ru

617
NOVOYE-VREMYA.COM
www.newsroom.kz