Экономический кризис, пенсионный возраст и накал страстей: возможна ли очередная революция в России?

По поводу повышения пенсионного возраста в России, сильного возмущения общества в связи этим решением и призывы к массовым протестам со стороны оппозиционных сил рассказал в своем интервью Yenicag.Ru российский эксперт, доктор экономических наук, профессор СПБУ Станислав Ткаченко.

— В России растет число недовольных последней пенсионной реформой правительства. Как, по-вашему, решение об увеличении пенсионного возраста останется в силе или недовольство общество заставит власти сделать шаг назад?

Станислав Ткаченко

— В течение долгого периода времени, с 2003 г. по 2014 г., «Россия» и «экономические реформы» представляли собой две не пересекающиеся прямые линии. Серия радикальных и во многом успешных экономических реформ, к которым Россия приступила в 2000 году, резко оборвалась в ноябре 2003 года после ареста Михаила Ходорковского. В последующие годы было несколько попыток скорректировать социально-экономическую модель России. В качестве примера назовем связанную с именем Михаила Зурабова монетизацию льгот в 2005 году, а также корректировки ключевых российских налогов в 2010 году. Но указанные реформы осуществлялись в период быстрого экономического роста и высоких цен на энергоносители, когда у российской власти не было проблем с формированием бюджета. Главная задача для Кремля состояла тогда в том, чтобы правильно бюджетные средства перераспределить. В рассматриваемый период ключевым для российской власти было слово «стабильность», а «реформы» ее явно подрывали, поэтому их старались избегать. Хотя жизнь не стояла на месте, и законодательство не могло себе позволить эти изменения полностью игнорировать.

В 2014 году под влиянием экономических санкций со стороны США и ЕС Россия вернулась к реформам, благоразумно прикрывая их риторикой об «импортозамещении». Но указанные реформы касались только промышленности, они носили антилиберальный характер и больше напоминали действия пожарной команды, старающейся не допустить распространения огня.

В силу указанных причин (отсутствия реформ в российской экономике и накопления в ней структурных дисбалансов, которые нужно было нивелировать), вопрос о реформах сегодня остро стоит в повестке дня. Речь идет об изменениях в налоговой системе, приватизации вновь разросшегося госсектора, создании более либеральной модели социальной защиты, возвращении регионам отобранных у них полномочий в экономической сфере, и т.д.

Возвращаясь к пенсионной реформе, следует учитывать два фактора, которые делают ее особенно актуальной.

Во-первых, продолжительность жизни россиян вернулась на уровень позднего СССР и даже его превзошла: у мужчин 67,51 и у женщин 77,64 года. Рекордно низкие по мировым стандартам сроки выхода россиян на пенсию (60 лет у мужчин и 55 лет у женщин) имеют в качестве следствия увеличение нагрузки на бюджет Пенсионного фонда России, которые могут быть ослаблены только за счет трансфертов их федерального бюджета страны. Т.е. фактически, за счет повышения налогообложения, что в нынешних условиях будет иметь негативный эффект на экономический рост в стране и перспективы окончания долгого периода кризиса/стагнации, начавшегося еще в 2012 году.

В-вторых, ситуация на рынке труда России резко выделяет ее по сравнению практически со всеми соседними государствами, страдающими от высокого уровня безработицы. Уровень безработицы в России уже несколько лет находится на очень низком уровне – 5,5 процента рабочей силы. В ряде регионов страны речь идет об острой нехватке рабочей силы, ее удорожании вне всякой зависимости от производительности труда, и, как следствие, о замедлении экономического роста. Решить проблемы, конечно, можно было бы смягчением миграционного контроля и широкомасштабным привлечением иностранной рабочей силы. Но на примере современной Германии мы видим, какие острые проблемы для политических лидеров создает такая в целом правильная экономическая стратегия в сфере миграции.

Т.е., инициировав июне 2018 года новую пенсионную реформу, лидеры России сделали следующее: 1) прервали почти 15-летний период отказа от реальных экономических реформ; 2) выбрали либеральную модель социальной политики; 3) дали ясно понять, что миграционная политика останется под жестким контролем.

— Если правительство упорно будет стоять за своим решением, можно ожидать массовых волнений в России, так как судя по результатам сетевых исследований значительная часть населения против такого решения?

— Массовых волнений в России лучше не ожидать, их не будет. В самом крайнем случае, если «все пойдет не так», правительство может свернуть пенсионную реформу, поскольку состояние бюджета государства в целом является устойчивым, и реформу можно опять отложить. Но возврат к прежнему статус-кво будет иметь для страны неблагоприятные экономические последствия. Именно поэтому для Владимира Путина и недавно утвержденного по его выбору нового (старого) состава правительства лучше осуществить реформы именно сейчас, в самом начале его шестилетнего президентского срока. А интересы обеспокоенной реформой «значительной части населения», о которой идет речь в вопросе, можно учесть на этапе ее реализации. Например, предусмотрев дополнительные выплаты тем гражданам России предпенсионного возраста, чья интересы реформа заденет непосредственно.

— Всем известно, что решение об увеличении пенсионного возраста связано с острым дефицитом госбюджета. Неужели положение настолько критичное в экономическом плане?

— Дефицит бюджета Пенсионного фонда России в нынешнем 2018 году составит рекордные 256,8 миллиарда рублей, т.е. примерно 4 миллиарда долларов. Согласно недавнему заявлению Министерства труда и социальной защиты, дефицит будет ликвидирован и опасений в том, что возникнут задержки с выплатой пенсий, нет. Однако, как уже отмечено выше, в долгосрочной перспективе нарастание проблем для Пенсионного фонда в отсутствие реформ в сфере социальной политики России неизбежно. Нынешняя модель препятствует сохранению конкурентоспособности экономики России. Рано или поздно действовать все равно придется. Только если откладывать реформы, будущим поколениям придется заплатить за это более высокую цену.

— Ещё раз об усилении санкций… в случае неожиданной девальвации, дефолта экономики, есть ли у Кремля «план последней надежды» и что это может быть?

— Можно прочитать целую лекцию о действиях абстрактного государства в условиях неожиданной девальвации. Но если наложить ее ключевые тезисы на современные российские реалии, то ничего содержательного не получится. Умеренной девальвации в России уже мало кто боится, о ней мечтают экспортеры товаров и услуг, а также аграрии. Что касается гипотетического «дефолта», то при нынешнем уровне государственного долга России, а также внешнего долга ее коммерческих структур, он невозможен. Чтобы дождаться российского дефолта, ее противникам нужно еще много лет проводить санкционную политику против ведущих отраслей ее экономики, постоянно повышая ставки и действуя все более агрессивно. Если не обращать внимания на заклинания политиков Украины, Эстонии и Литвы об усилении санкций, то больше сегодня эта тематика не интересна никому в мире. А уж с такими противниками и проистекающими от их действий угрозами Россия, конечно, справится.

Беседовал: Кавказ Омаров

www.yenicag.ru

703
UTRO.AZ
NOVOYE-VREMYA.COM