Воспоминания: «Ниязи сказал: вопрос не обсуждается, никто не сможет это сделать лучше Бейбутова…» - ФОТО

Информационно-аналитическая онлайн газета Yenicag.Ru (Новая эпоха) представляет вниманию своих читателей очередной материал в рамках авторского проекта Рустама Гасымова под названием «Воспоминания»

Проект «Воспоминания» посвящен ярким азербайджанским личностям, не так давно покинувшим этот мир. В рамках данного проекта родственники, друзья, близкие и коллеги делятся своими воспоминаниями, интересными случаями и впечатлениями о человеке, которому посвящен материал, одним словом, строками, наполненными теплотой, любовью и ностальгией о каждом герое проекта.

В нашем сегодняшнем материале воспоминаниями о Народном артисте СССР, лауреате высоких государственных премий, азербайджанском эстрадном и оперном певце, актёре, легендарном Рашиде Бейбутове делится известный азербайджанский фотограф, заслуженный работник культуры АР, член Союза журналистов АР и ОФА Мир-Алекпер Агасиев, который на протяжении долгих лет фотографировал многих выдающихся азербайджанских деятелей культуры и искусств. Это были: Рашид Бейбутов, Микаил Абдуллаев, Саттар Бахлулзаде, Ниязи, Ариф Меликов, Омар Эльдаров, Таир Салахов, Гусейн Алиев, Тогрул Нариманбеков, Сулейман Рустам, Эльмира Шахтахтинская, Наби Хазри, Сулейман Рагимов, Насиба Зейналова и многие другие.

Сделанные Агасиевым фотографии великих азербайджанцев, вошли в золотой фонд азербайджанского фотоискусства, став частью истории.

Мир-Алекпер муаллим рад, что ему посчастливилось работать с азербайджанскими корифеями, а с некоторыми дружить. Фотографии великих азербайджанских деятелей культуры, снятые Агасиевым, вошли в золотой фонд азербайджанского фотоискусства, став частью истории.

В этом материале Мир-Алекпер Агасиев рассказывает о своем общении с Рашидом Бейбутовым, с которым они не просто общались, а дружили на протяжении долгих лет. Примечательно, что большинство фотографий легендарного Бейбутова сделал именно Мир-Алекпер Агасиев, которому Рашид Меджидович полностью доверял, как профессионалу, так как очень щепетильно относился к фотографии.

«С Рашидом Меджидовичем мы познакомились во время первого концерта Театра песни в декабре 1967-го года. Уже с детства я обожал спектакли и концерты, поэтому вечерами пропадал в Азербайджанском драмтеатре, который находился рядом с нашим домом, Оперном театре, Театре музыкальном комедии. Я превратился в заядлого посетителя, билетеры уже знали меня в лицо, а порой пропускали на спектакли бесплатно. Однажды, увидев афишу с Рашидом Бейбутовым, мне очень захотелось попасть на его концерт и послушать вживую кумира миллионов. Выступление Р.Бейбутова произвело на меня неизгладимое впечатление. После концерта я направился к служебному выходу, чтобы взять автограф у мэтра, но когда увидел Рашида Меджидовича, то на время замер как вкопанный. «Ты что-то хочешь, сынок?», — по-отечески спросил меня Рашид муаллим. Я попросил его расписаться на театральной программке. Представьте себе, я по сей день храню его автограф. Между нами завязался небольшой разговор, во время которого он спросил меня, кто я, где учусь и чем занимаюсь. Вот так мы познакомились с Рашидом Меджидовичем. С того дня я стал частым гостем в Театре песни. Фотографировал каждый концерт и спектакль, ни один не пропускал. Но особенно мне нравилось снимать Рашида Меджидовича вне сцены. Он был невероятно лучезарным и душевным человеком, очаровывал всех с первой минуты знакомства.

Представьте себе, что почти все фотографии Рашида Меджидовича, сделанные за последние 30 лет, сняты мною. Конечно, были случайные фотографии, но все афиши, постеры и главные фотосеты делал именно я. Отмечу, что ни у Рашида Бейбутова, ни у Микаила Абдуллаева я никогда не брал ни копейки на протяжении 30-ти лет. Например, на 100-летнем юбилее великого певца использовалось 70% моих фотографий, это — слайды, постеры, пригласительные билеты. Например, фотография постера была сделана в 1985-ом году во время выступления Бейбутова в ФРГ в рамках Дней культуры Азербайджана. Мне было очень приятно, видеть на концерте свои фотографии, с каждой из которых у меня связаны теплые воспоминания.

Помню нашу встречу в Кукольном театре. В тот день Рашид Меджидович наотрез отказывался фотографироваться, говоря, что он не в форме, так как на нем была водолазка, а он крайне щепетильно относился к одежде и своему внешнему виду в целом. Однако мне удалось его уговорить и эту фотографию демонстрировали на огромном экране на 100-летнем юбилее Рашида Бейбутова (улыбается).

Вообще, Рашид муаллим был человеком крайне требовательным, обращая внимание на каждую мелочь. По своей природе он был перфекционист, поэтому требовал аналогичного отношения ко всему и от людей, которые его окружали, и с которыми он работал. Я всегда тратил много пленки, делая по сто кадров за фотосет, чтобы выбрать один единственный, ради которого и проводил съемку. Только те, кто был близко знакомы с Бейбутовым вне сцены, знают, что он был строгим человеком, а во время выступлений, наоборот, выкладывался на все 200%. Возможно, общность характера и именно аналогичный подход к жизни и творчеству сыграли решающую роль в том, что Рашид Меджидович доверял в плане фото только мне.

Конечно, для молодого фотографа это было большой честью, снимать легенду. Я горжусь тем, что не просто фотографировал Рашида Меджидовича, но и дружил с ним. Я мог позволить себе без звонка каждый день после шести прийти в Театр песни к мэтру в гости. Когда я заходил, он сразу говорил: «Принесите, моему Алекперчику, чай!». Я говорил: «Рашид муаллим, спасибо большое», на что он отвечал: «Спасибо – это «да» или спасибо – это «нет»?» Причем, когда у человека не было настроения, он мог его поднять своеобразной шуткой, которая от певучего голоса Бейбутова звучала еще интересней (смеется).

Представьте себе, что Бейбутов бесподобно разговаривал на четырех диалектах: карабахском (отец из Шуши, Карабах), газахском (мама, Фируза ханум Векилова, родственница Самеда Вургуна, была родом из Газаха), на диалекте грузинских азербайджанцев (так как сам Бейбутов родился в Грузии) и гянджинском диалекте. Во время разговора Рашид муаллим мог переходить от одного диалекта к другому, а в процессе разговора специально вставлял русские слова, причем сказанные без акцента. Такая способность Бейбутова придавала его речи своеобразную изюминку, поэтому слушать певца было одно удовольствие (улыбается). Будучи творческим человеком, он всегда нуждался в аудитории, ему нравилось, когда его слушают, реагируют на его шутки, одним словом, восхищаются его талантом, как певца, и как личности.

 

Несмотря на большой опыт, перед выходом на сцену Бейбутов был напряженным, даже немного волновался, порой искал способ выплеснуть негативную энергию, после чего на его лице сияла улыбка, и он с радостью на глазах появлялся на сцене, что приводило в восторг собравшуюся публику. Одним словом, он моментально перевоплощался. В это сложно поверить, если ты не наблюдаешь процесс в реальности. Во время каждого выступления Бейбутов был на кураже, он словно парил в воздухе, его выступления были чем-то неземным, возвышенным, одухотворенным. Он был солнцем, излучающим невероятную бешеную энергетику и теплоту. На сцене Бейбутов полностью опустошался, отдавая всего себя зрителям. Он был артистом от Бога. На сцене Бейбутов чувствовал себя, как рыба в воде. Это было его призванием. Многие певцы не знают, как себя вести на сцене, что делать, когда ты спел припев и играет музыкальная часть песни. Что делал Рашид Меджидович в эти моменты? В те годы к микрофону был прикреплен шнур, которым Бейбутов орудовал словно лентой в художественной гимнастике, от чего зрители приходили в неописуемый восторг.

Что касается мелочей, которые никогда не ускользали от внимания мэтра, то Бейбутов мог перед концертом подозвать конферансье, чтобы спросить, с какой интонацией он будет произносить его имя, какие регалии использует и прочее. Если Рашиду муаллиму не нравился тон, он начинал учить его, как нужно правильно анонсировать его выход на сцену, на каких слогах делать акцент, что подмечать и прочее. Он мог подозвать танцора с наклеенными усами и ножницами их подправить, либо застегнуть верхнюю пуговицу или поправить бабочку. Одним словом, он обращал внимание буквально на все. Поэтому во время фотосессий умел позировать, чтобы фотографии были красивыми и интересными, а главное, приходились ему по вкусу.

В те годы отношения межу Ниязи и Бейбутовым, насколько я знал, были прохладными. Несмотря на это, они относились с огромным уважением к творчеству и таланту друг друга. Расскажу один случай. В 1985 году шла подготовка к юбилею Узеира Гаджибейли, к которому приурочили выпуск «Аршин мал алан» подарочного комплекта из трех пластинок. Несмотря на это, когда шло обсуждение, кто будет исполнять партию Аскера, Ниязи был непреклонен. «Партию Аскера будет исполнять только Бейбутов, и этот вопрос даже не обсуждается, никто не сможет это сделать лучше, чем Рашид Меджидович», — сказал Ниязи, несмотря на дружбу и регулярные гастроли с Лютфияром Имановым, который, скорее всего, ожидал, что это предложение поступит ему. Однако выбор Ниязи был окончателен – только Бейбутов.

Помню, как во времена СССР до начала правительственных концертов, проходивших во Дворце имени Гейдара Алиева, проводился генеральный прогон за день до концерта, который посещал глава отдела культуры. Он сидел в темном пустом зале и смотрел концерт со списком всех участников и исполнителей. Обычно, программа концерта начиналась увертюрой из оперы «Кероглу», играл симфонический оркестр, которым дирижировал Ниязи. После окончания увертюры, Ниязи стоял возле оркестровой ямы, ожидая своего очередного выхода, который должен был состояться через несколько номеров, одним из которых было исполнение Рашида Бейбутова. Представьте себе, стоило Бейбутову закончить петь, как в зале раздались аплодисменты, исходящие от Ниязи, который, несмотря на холод в отношениях с Рашидом Меджидовичем, с огромным уважением относился к его творчеству и таланту. Бейбутов же, в свою очередь, поклонился и выразил свою признательность. Это выглядело очень трогательно. Вот, с каким почтением относились друг к другу два гения, хотя в личностных отношениях между ними пробегал холодок. Уважение превыше всего!

Рашид Бейбутов рассказывал, что, будучи молодым и малоизвестным, старался выступать на больших правительственных концертах, где собирается высокопоставленная публика, чтобы его узнали и запомнили. Однако с получением всеобщего признания и мировой славы, Бейбутов уже сторонился больших аудиторий, ему хотелось выступать на небольших концертах, например, в колхозе, в клубе, у нефтяников, где большинство зрителей были обычными людьми, простыми рабочими. Это интересный обратный процесс, который наступает, когда человек становится знаменитым».

Отмечу, что в настоящее время в лондонской галерее «Хумай» хранится фотопортрет Рашида Бейбутова снятый мною. В 2005-ом году на II Международной выставке я был удостоен специального приза галереи «Хумай» за портреты Бейбутова и Бахлулзаде».

Фотографии из личного архива Мир-Алекпера Агасиева

Рустам Гасымов

www.yenicag.ru

1495
UTRO.AZ
NOVOYE-VREMYA.COM