Коронавирус: обыкновенная эпидемия или заговор против человечества? - Интервью

Интервью musavat.com с экспертом в области энергетики Автандилом Мамедовым.

— Автандил бей, можно сказать, что проходим самый трудный период в истории. За последние три года страны ОПЕК+ никак не могли договориться между собой. Последняя встреча состоялась 6-го марта текущего года. Сегодня должны состояться очередные переговоры и консультации между странами, входящими в нефтяной картель и наблюдателями. По-вашему, что произошло 6-го марта, что можно ожидать от 9-го апреля?

— В формате OPEС+ есть два титана – это Россия и Саудовская Аравия. Есть и битва титанов, это естественно, поскольку две страны-гиганты по добыче нефти, претендующие на сужающийся рынок. А рынок и так сужается, тут еще и коронавирус… Вовлеченные в битву титанов, Россия и Саудовская Аравия не забывают и о супер-титане, о США. США — сейчас лидеры суточной добычи нефти. На мой взгляд 6 марта Россия и Саудовская Аравия не могли договориться и подумали: раз не получается не договориться, почему бы всё это не использовать с пользой, то есть в результаты недоговоренностей вовлечь США. Однако, на мой взгляд, это бесперспективная инициатива. В США нет Государственной нефтяной компании США – и не может быть никогда. Так же нет контрольного или блокирующего пакета акций нефтяных компаний у государства.

Автандил Мамедов

Лицензионные соглашения в США не предусматривают какие-либо возможности, министру энергетику США, вернувшийся из заседания OPEС+ указать нефтяным компаниям сократить добычу. США является правовым государством, а не государством законов. То есть, взять быстро принять закон, для решения текущих вопросов без фундаментального обеспечения баланса интересов общества, государства и индивидуумов – НЕВОЗМОЖНО! Потому, привлечь США в переговорный процесс по сокращению добычи, практически невозможно. Однако, цена 20-25 USD/баррель не устраивает и США. Как мне кажется, США уже завершили свое участие в формате OPEС+ сигналом «не будет договоренностей по сокращению добычи, мы введем заградительные тарифы на нефть и СПГ из России и Саудовской Аравии». Если США применят это – нефть будет падать еще больше. Потому, мне думается, 9 апреля договоренность будет достигнута между Россией и Саудовской Аравией, и OPEС+ сократит суточную добычу. При этом, мне думается сокращение будет в пределах трех миллионов баррелей в сутки, но на три месяца, а не до конца 2020 года, и не на 10 миллионов баррелей. Это сохранит цены на уровне 30-35 USD/баррель.

— Экономический кризис и объявленная во всем мире пандемия в связи с распространением коронавируса COVİD-19 практически парализовал жизнь людей. С другой стороны лидеры Большой Двадцатки в своих выступлениях делают намеки на трансформацию существующего мирового порядка. Как вы сами представляете себе новый мировой порядок и по-вашему, после «обнуления» глобальной экономики что произойдет в мире?

— Я, по характеру, оптимист. Мой оптимизм -это продукт моей слепой веры в лучшее. Я верю положительную эволюцию человечества в целом. Конечно, развития общественных отношений, эволюция отношений между странами, имеет положительный вектор, пусть с определенными микро отклонениями. Коронавирус не будет служить кнопкой RESET (сброс) для мироустройства, однако, определенное переформатирование произойдет. И это переформатирование будет в целом положительным всего человечества, разумеется, эти положительные изменения не будут параллельны и одномоментны для всех стран мира.

— Что имеете в виду под фразой «переформатирование»?

— В глобальном, над национальном уровне возрастет роль Всемирной Организации Здравоохранения. Я полагаю, у ВОЗ появятся в определенном смысле роль по выработке стандартов здравоохранения. Это не будет какие-то конвенции ООН, пакты. Я вижу роль ВОЗ после коранавируса, как Базельский комитет по банковскому надзору — организация, разрабатывающая единые стандарты и методики регулирования банковской деятельности. У Базельского комитета по банковскому надзору нет каких-то императивных административных функций в отношении к центральным банкам, однако, стандарты разработанные Базельским комитетом выполняется не плохо. Например, рекомендации по коэффициенту обеспеченности базового капитала (как порядок расчета, так и рекомендуемое значение этого показателя) для банков, стал одним из ключевых критериев оценки устойчивости банков и после 2008-года и охотно применяется практически всеми центральными банками. У ВОЗ я вижу именно такие функции, по выработке критериев и стандартов здравоохранения, параметры карантинных, ограничительных мер по предотвращению эпидемии.

— Но сегодня во всем мире преобладают такие тенденции как протекционизм, национализм, но вы утверждаете обратное. Имеете в виду глобализацию?

— Да, действительно, в мире в последнее несколько лет протекционизм и национализм имеет определенный тренд. Однако, на мой взгляд, именно отсутствие наднациональных стандартов в области санитарного контроля над торговлей диких животных, отсутствие стандартов гигиены питания породили нынешний кризис. Что же касается истерии националистов, в стремлении видеть во всех международных институтах некого заговора – это бред. И этот бред хорошо виден, на примере контроля ядерных технологий. Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) создано в 1957 году, а позднее появился Договор о нераспространении ядерного оружия (1968) и МАГАТЭ приобретало особый статус, все участники Договора о нераспространении ядерного оружия уже обязаны были заключить соглашение с МАГАТЭ, это называется соглашение о гарантиях. Сегодня вся ядерная безопасность, как в области нераспространения ядерного оружия, так и в безопасности эксплуатации ядерной энергетики в мире подконтрольна МГАТЭ. Как мы видим, в этой части относительно лучше. Точно так же, я вижу необходимость расширения роли ВОЗ и думаю это произойдет, ибо это уже востребовано человечеством.

— Вы верите в то, что политические лидеры современного мира готовы к этому?

— Я закончу вопрос о будущем миропорядке, по моему убеждению и это как раз ответ на Ваш вопрос.

После коронавируса в мире произойдет переформатирование и в политической сфере. Левые, социал-демократические силы, зеленые партии выйдут на первый план, каким бы успешным не были правые политики в борьбе с коронавирусом, общество в целом будет винить их в случившимся. Это мое мнение.
Ослабеет роли религиозных институтов в политике, роли религии в обществе в целом.

Ввиду объективных экономических трудностей для военного противостояния и в результате социального и электорального ожидания, лидерам государств легко будут договариваться. Вот это и создаст условие появления новых договоренностей в области здравоохранения, санитарных норм, контроля над биологическими экспериментами….

— Хотите сказать, что все будет намного лучше, чем сейчас?

— Нет, не в коме случае, я это не говорил. Я говорил в международных отношениях, в условиях неизбежности, на мой взгляд, и востребованности глобализации, будет дополнен вакуум наднациональных инструментов регулирования – и это здорово. В социальном плане, посткоронавирусный период, определенный отрезок времени, будет рост преступности, в странах где доступ к огнестрельному оружию максимально упрощён, будет рост преступлений с применением огнестрельного оружия, в восточных странах будет всплеск насилия в семье и это будет издержки тех экономических трудностей, которые неизбежно будет преследовать наций и отдельных людей после коронавируса.

— Цены на нефть перешли все психологические грани. Азербайджанская нефть на мировых биржах продается за 19 за баррель, российская нефть подешевела до 13 долларов. Как вы думаете, эти процессы могут привести к отказу от добычи «черного золота», в полной зависимости от которого находится мировая экономика за последние 150 лет?

— Моя деятельность непосредственно связана с нефтегазовой отраслью и мне бы хотелось, что нефть стоил, как в 2012-ом году – 140USD/баррель. К сожалению, моим мечтам не сбыться. Нефть сырьевой товар, как пшеница, сахар и др. Потому останется в котировках бирж. Однако, хотел бы вот на что обратить внимание. У нефти начиная с 2016-года одна единственная глобальная повестка дня: сколько будем сокращать. То есть, кризис в нефтянке начался за долго до коронавируса.  Нефть так и останется одним из самых массовых товаров – примерно 5,8 миллиардов тон добычи в год. Но, нефть сильно потеряет свое политическое содержание. В потребительском плане нефть всё больше и больше потеряет свою значимость, как источник энергии, сохранив свою значимость в химической промышленности. Избыток предложения над спросом со временем пройдет. Но, в поствирусном, как я выражаюсь, переформатированном и улучшенном мире, нефть потеряет свою политизированность, ангажированность. Даже, если в 2021-ом году цены вернутся в 60-70USD/баррель.

— Тогда, что может заменить 150-летнюю власть нефти над мировой экономикой?

— Вообще, я бы не согласился с 150-летней гегемонией нефти. Нефть стала «первой звездой» мировой экономики с началом коренной глобализации начиная с середины 1990-х годов. До этого нефть играла значимую роль, но не первую скрипку в мировой экономике. Глобализация не остановится, она вопреки многим прогнозам и ожиданиям будет продолжаться, так как человечество генетически расположен к стремлению лучше питаться, лучше одеваться, жить в лучших условиях … А это через глобализации. Доказательство тому эти цифры: 1985-й год население мира 4,85миллиародов человек, мировое ВВП – 12,5триллионов долларов, 2018-й год население мира 7,4миллиародов человек, мировое ВВП – 84,9триллионов долларов. Рост население 1,5 раза, а рост ВВП – 6,8 раз! Вот, это и есть результаты глобализации.

В нефть уже не вписывается в этот темп глобализации, как паровые машины не вписывались в темпы индустриализации в конце XIX века. В нынешний темп глобализации органически и технологически вписываются цифровая индустрия, виртуализация экономических и социальных отношений. Посмотрите, нефть ничего нового не дает, хотя прекрасно обеспечивает старый порядок. Вот пример, не гигантов цифровой индустрии, а средних компаний: Oracle Corporation и Netflix суммарная капитализация на сегодня 310 миллиардов долларов США. Первая компания – разработчик систем управления базами данных, другая специализируется на цифровом развлечении. Все нефтегазовые СНГ вместо взятых, включая и гигантских РОСНЕФТЬ и ГАЗПРОМ, не стоят столько, сколько эти две компании вместе. Это и новая, формируемая реальность. А коронавирус эту тенденцию ускорит в разы.

Нефть, газ станет рядовыми товарами, без всяких возможностей использования нефти, как политического инструмента, без возможности зачислить нефтедобывающие страны в некий элитарный клуб, как это имело место за последние 20 лет.

— Вы хотите сказать, что новейшие, высокие IT – технологии заложат основу переформатирования мировой экономической системы и искусственный интеллект превратится в неотделимую часть нашей жизни?

— Да, именно это и даже больше. Высокие технологии, искусственный интеллект, сетевые формы взаимодействия уже являются основными элементами формирующими экономику, бизнес, быть людей, даже ведения войны. Военная стратегия под названием Сетецентрическая война (Network Centric Warfare) насколько успешно разевается этому доказательства. А в долгосрочной перспективе не ядерное оружие, а именно элементы сетецентрической войны будут формировать военную мощь государств. Сегодня даже в самые грубые инструменты войны – в танки внедряется, искусственный интеллект, пример тому разрабатываемая версия D танка Abrams. Всего 5 лет назад все бы смеялись, говоря о внедрении искусственного интеллекта в танки.  Кстати, успехи цифровой индустрии в борьбе с коронавирусом бесспорны. Феноменальные результаты Сингапура и Южней Кореи – это всего из двух составляющих: цифровые технологии и массовые тесты.

А кризис с коронавирусом только ускорит процесс перехода мира в цифровую индустрию.

— Не оправдались доводы тех, кто считал, что COVİD-19 был разработан для сокрушения китайской экономики. Теперь с пандемией борются самые развитые экономики мира, США и Европа, а в Китае удалось остановить распространения вируса и жизнь в этой стране постепенно нормализуется. Крупные компании, работающие в Китае, которые свернули свою деятельность в связи в эпидемией, уже объявили, что запускают производство, назвали точную дату. Как вы думаете, победа над коронивирусом дает Китаю шансы стать ведущей державой и первой экономикой мира?

— Я никогда не доверял разным теориям заговора. Нет такого. Никто не пойдет на биотерроризм против второй экономики мира. Это невозможно. Сегодня в мире, не те нравы, чтобы разрабатывать инструменты и осуществить биотерроризм с целью устранения целого народа или части народа. Коронавирус – это результат биологически (с точки зрения безопасности и здоровья людей) несовместимых кулинарных, гастрономических особенностей людей, живущих в Китае. Китай – это огромная страна, экономический гигант, однако, это страна с определенной внутренней политикой, сильно отличающейся от западной или американской демократии.

Китай во внутренней политике живет по принципу «Цель всегда оправдывает средства её достижения». Оттуда и определенные успехи с коронавирусом по сравнению с европейскими странами. Загородить Ухан от остальной части Китая, выставить армию с правом применения оружия, а потом объявить внутри Ухан карантин с завариванием дверей подъездов — в вопросе борьбы коронавирусом привел к положительным результатам. Например, в Великобритании, где полицейские практически даже оружие не носят, как бы считается дурным тоном, приказать армию или полицейским применять оружие против тех, кто нарушает карантин – это просто невозможно. Потому в Европе несколько другое течение эпидемии. Если мое мнение — Цель НЕ ВСЕГДА оправдывает средства её достижения! Успех Китая в борьбе с коронавирусом – это положительный эффект избыточного права государства на применение насилия, в том числе в несоразмерном виде.

Что же касается возвращения Китая в нормальный производственный ритм, это здорово. Я, на самом деле, очень люблю Китай, люблю там всё, кроме определенных гастрономических страстей китайцев. Но, этот быстрый старт ничего не даст Китаю. Поскольку сейчас мир другой, глобальный и это одно из величайших достижений человечества, потому весь или почти весь мир в карантинном режиме – это как раз потребители китайской промышленности. Если потребитель заболел – производителю от этого только плохо.

С Китаем есть еще одна проблема. Думаю, после коронавируса начнется определенные судебные иски против Китайской Народной Республики. Я сам, как юрист по одному из образованию, вижу здесь определенные судебные перспективы для истцов. Такие иски будут. И они будут продолжаться несколько лет, но, знаете у справедливости и правды есть определенная скрытая способность- способность самодоказыванию. Будут многомиллиардные иски и выигрыши. Запомните мои слова. В основе судебной перспективы здесь лежит статья 12 Конвенции ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности 2004 года.

— Несмотря на огромные запасы самых полезных ископаемых в недрах своей земли, отсталая от всего мира в технологическом плане Россия, ещё с какими «сюрпризами» может столкнуться в 2020 году? По-вашему, какие привилегии и потери ждут Россию в переходный период от однополярного мирового порядка в многополярный?

— Гигантские природные богатства – это очень здорово. Это всегда шанс безбедно жить населению страны, обладающей такими богатствами. Однако, на мой взгляд, без передовых технологий, без прорывных технологий, полноценное лидерство на международной арене невозможно. В России пока определенные проблемы с передовыми технологиями. Есть наукоёмкие отрасли, демонстрирующие блестящие успехи, например, атомное машиностроение, технологии трудноизвлекаемых запасов углеводородного сырья, металлургия в определенном смысле. Например, феноменальные успехи ПАО «ТМК» в части импортозамещения в нефтегазовой отрасли. Однако, в целом, российская экономика, наука, правовая предсказуемость государства не демонстрируют показатели для закрепления за Россией устойчивого лидерства. Потому я бы не стал говорить о многополярном мире. Пока еще мир однополярный, пусть со мной многие не согласятся, но это так. Чрезмерная и ничем неоправданная закрытость государственных институтов, безоговорочный приоритет интересов государства над правами человека, правовая непредсказуемость и демографические проблемы — это основные препятствующие факторы для поступательного развития России.

— Вы намекаете на отсталость России в научном плане? По-моему это немного странно…

— Нет, не это имел ввиду. Наука в России всегда была на вершине мировой науки. Это факт. Однако, связка «наука-эффективный менеджмент» сегодня дает сбои. Какими бы не были талантливые ученые, они не могут взять на себя и вопросы промышленного применения науки. Яркий пример из истории – это фантастически талантливый Томас Эдисон и конкурирующая с ним компания талантливого предпринимателя Джорджа Вестингауза в связке с Н. Теслой.

— Каким представляете наш регион и нашу страну в условиях нового мирового порядка? В целом, нефтезависимые страны на фоне своих финансовых возможностей, смогут поднимать свою аграрную промышленность и экономику в целом?

— В Азербайджане очень хорошие демографические показатели. За годы хороших цен нефти и газа созданы современные производственные мощности. Поскольку мне известно, есть и определенные избыточные производственные мощности в технопарках. Однако, есть и объективные причины, не позволяющие быстро переходить на производство высокотехнологического оборудования на этих производственных мощностях, без участия передовых компаний из других стран. А иностранное участие всегда сопряжено с необходимостью создания условий для правовой определенности. Это те белые пятна, в законодательстве, которые надо будет закрывать. Думаю, обновление парламента именно во многом было задумано для создания качественного законодательного поля для успешного развития. Например, на мой взгляд принятие некого закона о контрактом производстве и определения для контрактного производства налогового, а может и особого таможенного режима, с учетом возможностей Азербайджана в качественных трудовых ресурсах, производственных мощностей создало бы реальные возможности для промышленного роста. Кстати, Китай, о котором мы сегодня много говорили, принял первый такой закон в 1988-ом году, в те годы феноменальных реформ, проводимых под руководством Дэн Сяопина. Потом были масса подзаконных актов в части контрактного производства. А сегодня Китай – это адрес контрактного производства самых выдающихся брендов мира.

www.yenicag.ru

1139
NOVOYE-VREMYA.COM