Какое будущее ждет российскую экономику? – мнение экономистов

Падение цен на нефть сильно отразилась на всех энергодобывающих стран мира, но а также этот вопрос задел те страны, которые занимались переработкой энергоресурсов, а затем продавали готовые нефтепродукты. Одной из таких стран являлась Белоруссия, которая имеет доступ к льготной российской нефти. Но все было ничего, если бы, Белоруссия не перепродавала эти нефтепродукты через натовские страны, а именно прибалтийские, что не могло не задевать Россию, которая также имеет свои порты в Балтийском море.

На вопросы о том, как Россия смогла решить экономические проблемы, а также насколько выгодны российские порты в Балтийском море Белоруссии рассказал Yenicag.Ru российский экономист, профессор СПбГУ, Станислав Ткаченко и Аналитик «Калита-Финанс» Дмитрий Голубовский.

— Сегодня цены на нефть стабильны и от того мы видим стабильность экономики России и остальных энергодобывающих стран. Как вы считаете, насколько Россия смогла переориентировать свою экономику и выйти на финансовую стабильность своей экономики?

Станислав Ткаченко: Процесс структурной перестройки российской экономики с энергетического сектора на более традиционную модель развития после кризиса 2014 года носит вынужденный характер. Ее вполне могло и не быть без краха цен на энергоносители в 2014-2016 гг., а также экономической войны с ведущими экономическими партнерами из числа наиболее экономически развитых государств планеты.

Станислав Ткаченко

Выбор модели развития, которую могла реализовать Россия, относительно невелик. Это могли быть экспортно-ориентированный рост, политика импортозамещения, а также политика стимулирования внутреннего спроса как главного драйвера роста. Создается впечатление, что правительство России решило нажать на все «кнопки» одновременно. В его решениях трех последних лет без труда можно найти попытки расширить экспорт промышленной продукции, попытки стимулировать инновационный характер экономики посредством импортозамещения и производства высокотехнологической продукции национальной промышленностью. Вот только внутренний спрос в России никак не хотел усиливаться, но рост цен на нефть и увеличение доходов российского бюджета позволили приступить к решению и этой проблемы.

Формула финансовой стабильности в России была решена посредством ужесточения монетарной политики, сжатия внутреннего кредита и постепенной санации банковской системы. Назвать полученные результаты прекрасными нельзя, т.к. национальная банковская система пока не стала кредитором российской экономики. Но рано или поздно снижение инфляции до сенсационного уровня в 3 процента позволит банкам более уверенно вкладывать свои и привлеченные средства в экономику России, нужно только немного подождать.

Дмитрий Голубовский: В России нет положительной экономической динамики, как показали последние статистические данные по промпроизводству. Также об отсутствии положительной динамики говорят статистические данные по реальным располагаемым доходам граждан, которые все еще продолжают снижаться. Данные по ВВП, которые говорят о слабом росте, в этом контексте выглядят сомнительно, скорее проще поверить в то, что Росстат несколько исказил дефлятор ВВП, чтобы «нарисовать» положительную динамику.

Дмитрий Голубовский

В росcийской экономике не случилось каких-то качественных изменений в связи с адаптацией к сравнительно низким нефтяным ценам. Если говорить о состоянии финансовой сферы, в ней продолжается кризис, следствием которого стала череда крупных банкротств прошлого года. Я бы не сказал, что российская экономика адаптировалась, хотя если положительная динамика нефти, которая наблюдается сейчас, сохранится, и ценам удастся выйти и закрепиться выше $70 за баррель, ситуация начнет качественно улучшаться.

— Как известно часть российской нефти перерабатывается в белорусских НПЗ и продается в мировых рынках через прибалтийские порты. Российская сторона ведет на этот счет переговоры с Белоруссией. Как вы считаете, сможет ли Россия предоставить такие же выгодные тарифы Белоруссии?

Станислав Ткаченко: Переработка российской нефти на белорусских НПЗ – это не только инструмент поддержки Россией экономики братской Беларуси, но и наследие еще советского периода. Именно тогда данные НПЗ (в Новополоцке и Мозыре) были построены вдоль идущих из СССР в страны ЦВЕ нефтепроводов. Они изначально были в числе крупнейших на континенте, и значительная часть их продукции реализовывалась именно в Восточной Европе.

Сейчас, в результате создания Евразийского экономического союза, проблема переработки российской нефти из межгосударственной политической превращается в сугубо внутриэкономическую. И хотя Россия выторговала для своей нефти длинный переходный период, в течение которого именно ее правительство определяет квоты поставок нефти на белорусские НПЗ, уже скоро такой возможности Москва лишится.

Дмитрий Голубовский: Россия, насколько мне известно, проводит в отношении экспорта нефти в Белоруссию политику, согласно которой все экспортные пошлины с переработанной белорусами и отправленной на экспорт в виде нефтепродуктов российской нефти, должны быть уплачены России.

Россия будет стремиться настаивать на этих условиях, хотя может давать какие-то преференции в рамках «особых» отношений с Минском. Беларуссия — важный торговый и военный партнер, поэтому, в принципе, все возможно.

— Насколько это рентабельно для Белоруссии поставлять нефтепродукты через российские порты? И Как стоит расценивать в этих условиях ЕАЭС?

Станислав Ткаченко: Усилия России по перенаправлению маршрутов продуктов нефтепереработки от невыгодных нынешних (через страны Балтии) к выгодным будущим (через Усть-Лугу и другие российские порты на Балтике) – это сугубо политическая задача, которую российская дипломатия решает достаточно уверенно. Российские тарифы при этом сопоставимы с прибалтийскими, поэтому едва ли белорусские экспортеры столкнутся с финансовыми или логистическими потерями. Думаю, что через пару лет эта цель будет решена, и транзитных нефтепродуктов из российской нефти государства Балтии больше не увидят.

Дмитрий Голубовский: ЕАЭС не стоит переоценивать, ожидая от него слишком многого, но не стоит и недооценивать. ЕАЭС, прежде всего, выгоден партнерам России, так как открывает им российский рынок, который больше, чем рынок любого другого члена ЕАЭС, и партнеры могут рассчитывать на российский спрос, планируя прирост инвестиций в своей экономике.

Однако сейчас, когда российский спрос падает, Россия не может быть ни для кого локомотивом роста. Важнее в этом плане отношения с ЕС и/или Китаем. Торговые проблемы есть всегда, в любом торговом союзе, в ЕАЭС они решаются путем двухсторонних переговоров.

Беседовал: Ниджат Гаджиев

www.yenicag.ru

662
UTRO.AZ
NOVOYE-VREMYA.COM