Большой Ближний Восток: распад арабского мира, раскол шиизма и реванш Турции

О войне на Ближнем Востоке, о ситуации в Идлибе, о внутреннем противостоянии в Ираке и о его возможных плохих последствиях для Ирана рассказал в своем интервью «Yenicag.Ru — Новая Эпоха» политолог, доктор исторических наук, заместитель директора Центра стратегических оценок и прогнозов (Россия, Москва) Игорь Панкратенко.

— Сентябрь остался в памяти тегеранским Саммитом трех президентов, которые обсудили ситуацию вокруг сирийской провинции Идлиб, и, по сути, толком не смогли договариваться, поскольку Эрдоган остался недовольным и выступил против операции Асада в данном районе. Как события будут развиваться вокруг Идлиба?

Игорь Панкратенко

— Ну, развитие событий уже произошло — сначала Россия 11 сентября в Совете безопасности ООН вместе с остальными проголосовала за резолюцию о недопустимости военной операции в Идлибе. А на сегодняшний день известно, что свои позиции, с которых должно было начаться масштабное наступление правительственных сил, покидают подразделения Пятого корпуса (российские прокси). Причем, часть армейских подразделений Асада и проиранские формирования начали отход сутками ранее.

То есть, вся эта шумная история вокруг Идлиба ожидаемо завершилась ничем. Столкнувшись с предельно жесткой позицией Анкары, Вашингтона, Парижа, Берлина, Лондона и еще ряда внешних игроков, Москва отказалась от своих планов. Вплоть до того, что концентрацию военных кораблей в Средиземноморье, которые подтягивались под операцию в Идлибе, объяснила «учениями».

Масштабной операцией в Идлибе Россия планировала вырваться из стратегического тупика, в котором она оказалась, но — не получилось, и сейчас она вновь вернулась в ситуацию лета нынешнего года, которая является для нее проигрышной.

Конечно, прямо в Москве об этом не скажут, уж слишком провальным для внешней политики страны стал сентябрь (здесь не только Идлиб, но и срыв Московской конференции по Афганистану, и весьма неоднозначные итоги Восточного экономического форума). Поэтому российская сторона еще продолжает демонстрировать решительность в отношении Идлиба, назначена новая встреча глав государств оси Анкара-Москва-Тегеран — но, в целом, думаю, противники не намерены позволить России перехватить стратегическую инициативу в Сирии. Поскольку заинтересованы в том, чтобы она была лишь «одним из» участников процесса, но уж никак не лидером, определяющим его направление.

— США, которые практически начали «арабскую весну», за 7 лет играли непонятную игру в Сирии, и то работали с радикалами, то начали сотрудничать с курдами, что привело к тому, что турки отвернулись от них и начали сотрудничать с русскими и иранцами… Это был хитрый план такой?

— Знаете, на мой взгляд, у американцев было три грубейшие ошибки на Ближнем Востоке, которые Трампу приходится сейчас расхлебывать.

Во-первых, вторжение в Ирак, когда США с грацией слона в посудной лавке разрушила всю систему сдержек и противовесов, которая сложилась в регионе к этому времени. Лихо уничтожая «лучшего врага Америки», Саддама, США просто не представляли, какого джинна они выпускали из бутылки.

Во-вторых, поддержка «арабской весны». Кабинетные теоретики в Вашингтоне и из ближнего круга Обамы-Клинтон, слегка контуженные идеями «продвижения демократии», этим попросту разорвали в клочья то немногое, что еще сдерживало регион от хаоса. Возник вакуум власти, чем тут же воспользовались не только представители исламских партий, но и радикалы всех мастей. Которые сумели «оседлать» социальные процессы в некоторых странах Ближнего Востока и вывести их в том же Ираке или Сирии на уровень гражданской войны, а в ряде других стран — приблизиться к ней.

И, в-третьих, то, что мы наблюдаем сейчас — конфликт между США и Турцией, который временами приобретает характер личностного противостояния между Трампом и Эрдоганом. Собственно, эту «мину» в наследство нынешний американский президент получил от своего предшественника, нобелевского лауреата Обамы. И, по моему мнению, на первых порах хотел ее обезвредить. Но — сделать это ему не позволили. Часть американского «deep state», глубинного государства, антитурецкое лобби и даже — на определенном этапе — зять Трампа искусно плескали маслица в костерок, разжигая конфликт.

Последствия этих ошибок, этого «наследства с обременениями» сказываться будут еще очень долго. Они уже отравили первую половину срока Трампа, и большой вопрос — сможет ли он и его администрация хоть немного ослабить их токсичность в ближайшие годы.

Так же и с оформлением стратегических решений по Сирии в Вашингтоне — оно происходит только сейчас, отчасти — интуитивным путем, отчасти — увязывается с другими вопросами — устранение из Сирии Ирана, использование этого конфликта для максимального ослабления России и так далее. Но, для этого необходимо время, хотя задел уже есть.

— Вашингтон стягивал к Средиземноморскому бассейну огромный флот, даже одну атомную подлодку, что провоцировало Россию. Москва в свою очередь перекинула мощную армаду из 20 кораблей в Средиземное море. Что задумали США, явно уступая Сирию России и Асаду? Что кипит в Идлибе, за который так все зацепились?

— Откровенно говоря, я не вижу там особой слабости США по сравнению с Россией. Москва ведь тоже пыталась разыграть в Сирии «курдскую карту». Но эта партия закончилась в пользу США. Более того, позиции американцев в этом конфликте вполне отвечают понятию «разумной достаточности». Они пока не стремятся к лидерству в урегулировании, предоставляя возможность Москве и Тегерану сжигать здесь свой внешнеполитический потенциал и нести серьезные расходы. И одновременно с этим, как показали события последних дней — обладают всеми возможностями, чтобы сорвать здесь любые планы России и Ирана, которые идут вразрез с их интересами.

Теперь собственно о ситуации вокруг Идлиба — что это было?

К лету 2018 года ситуация в Сирии достигла пусть и достаточно неустойчивого, но все же некоторого равновесия. По негласным соглашениям основных внешних системных игроков — Иран, Россия, Турция и США — страна была поделена на три основные «зоны деэскалации». Что же до ИГИЛ, то к лету 2018 года лидеры этой группировки приняли решение отказаться от удержания каких-либо конкретных территорий и перешли к тактике создания подпольных ячеек и точечных атак на населенные пункты и военные объекты.
Сложившая таким образом расстановка сил в целом означала прекращение активной фазы гражданской войны, к тому же — правительство в Дамаске и отряды вооруженной оппозиции различной ориентации подошли к исчерпанию своего военного потенциала. То есть, противники Асада внутри страны к настоящему времени не имеют возможности победить его в вооруженном конфликте, но и правительственные силы не могут уничтожить военные формирования оппозиции. Но дело в том, что если это шаткое равновесие вполне устраивало сирийскую оппозицию, США, их союзников, а также, отчасти, Турцию — то для Москвы, Тегерана и Дамаска подобная ситуация означала стратегический тупик. Поскольку и Москва, и Тегеран, и Дамаск оказались лишены возможности переломить ситуацию в свою пользу, добиться окончательной победы и, соответственно, окончательно укрепить свои позиции в качестве основной силы, контролирующей и формирующей ситуацию в стране — в том числе и в реализации проекта послевоенной реконструкции Сирии.

Оказавшись в этом стратегическом тупике — когда дальнейшее участие в сирийском конфликте не принесет политических выгод и станет просто расходом военного и экономического ресурса — Россия сочла необходимым осуществить шаг, который в корне бы переломил ситуацию в ее пользу. То есть — провести масштабную операцию по установлению контроля правительственных сил Сирии над провинцией Идлиб.

Что в итоге, по расчетам Москвы, должно было укрепить позиции Башара Асада внутри Сирии, одновременно с этим — ослабить позиции Турции, обеспечить Москве статус основного спонсора мирного урегулирования в Сирии, с позицией которого будут обязаны считаться все остальные внешние системные игроки, в том числе — США и их союзники по НАТО. Словом, много чего Россия рассчитывала выиграть, в том числе — приятным бонусом — обеспечить безопасность своей авиабазы в Хмеймиме.

Естественно, что с подобным планом ни Турция, ни США с союзниками согласиться не могли. Поскольку чрезмерное усиление России в Сирии — а уж тем более расширение Москвой границ своего влияния в этой стране — совершенно их не устраивает. Именно поэтому они сделали все возможное — вплоть до угроз удара по Асаду и демонстративного развертывания флота и средств ПВО — чтобы принудить Россию отказаться от операции в Идлибе. Что им, в общем-то, вполне удалось, и сегодня ситуация вновь откатилась к лету 2018, то есть — к хрупкому равновесию и снижению интенсивности вооруженного конфликта.

— США просто так уступят Сирию России и оставят Асада у власти? Разногласия между Турцией и Россией в идлибском вопросе сможет заново приблизить позиции Вашингтона и Анкары и как такое изменение равновесия может повлиять на ситуацию в регионе в целом? Представьте, Россия — Иран против коалиции США — Турция…

— Давайте откровенно — США совершенно не против российского присутствия в Сирии. В американских планах роль Москвы достаточно четко прописана. Хотите держаться Асада, иметь там военные базы, демонстрировать свое влияние в регионе, расходовать свой внешнеполитический ресурс? Без проблем, затраты ваши — вам виднее.

Но при этом есть ряд условий, которые вы, то есть Москва, просто обязаны соблюдать. Берите на себя все расходы по реконструкции той территории, которую вы контролируете. Воюйте с «непримиримыми» группировками, которые не хотят договариваться о переходе «под крыло» кого-то из внешних игроков (кстати, недавние удары в провинции Идлиб Россия наносила именно по позициям таких «непримиримых»). Помогайте — или хотя бы не вмешивайтесь — в наши действия по выдавливанию из Сирии Ирана. Сдерживайте попытки Асада расширить границы той зоны, которая ему отведена.

При соблюдении этих условий — Россия может оставаться там и дальше. Попытки нарушить эти правила встретят самый жесткий отпор, как это уже бывало — и со сбитым самолетом, и с разгромом колонны, пытавшейся зайти в «курдскую» зону, и с демонстрацией силы в ситуации с Идлибом.
Выгодны ли эти условия России, что ей это дает в целом? Думаю, вопрос риторический.

— Ирак не может остаться на стороне от этих процессов. На фоне такой неразберихи в сирийском фронте, вдруг в Басре начались массовые беспорядки. Толпа атаковала консульство Ирана и потребовала вывод иранцев из Ирака. Проиранские группировки заявили о готовности защищать интересы Тегерана в Ираке? Заново начнется кровопролитная гражданская война в этой стране? Я лично думаю, что это затея американцев. Если это в самом деле так, то как вы думаете, что кроется за этим планом ЦРУ? Неужели США впустили в ход вариант «В», чтобы отвлечь внимание Ирана от Сирии? Вообще, что происходит в Ираке?

— На мой взгляд, с той «элитой», которая сейчас правит бал в Багдаде — никакого ЦРУ не надо, они сами благополучно угробят страну, опустив ее до уровня «failed state», несостоявшегося государства. Точно так же, как это делают, к примеру, их «братья по разуму» в Кабуле.

Я мог бы долго рассказывать подробности и нюансы нынешней ситуации в этой стране, но поскольку это заняло бы слишком много времени — постараюсь коротко. Ирак сегодня — это клубок оголенных нервов. Какой ни затронь — боль, неадекватная реакция, вспышка насилия. Причем, все это помножено на кровавые счеты еще с прошлой гражданской войны, которая, по большому счету, далека от завершения.
Проблема в том, что и в самом Ираке, и у тех внешних игроков, которые ведут там свои партии, нет рецепта того, что со всем этим делать, как стабилизировать обстановку. А следовательно — Багдад преподнесет соседям и своим внешним партнерам еще немало неприятных сюрпризов.

— Какую роль играют арабские монархии в демонтаже Ближнего Востока на данный момент? На геополитической сцене Россия, Иран, Турция, США и частично европейские державы, и то в рамках НАТО. А какова роль арабских монархов и их миллиардов в этих процессах?

— Одна из главных. Но, в силу целого ряда причин, их активное участие во всем, что происходит в регионе не слишком часто становится предметом дискуссий или темой для первых полос масс-медиа. Тут, конечно, свою роль играет Йемен, война в котором более зрелищна, конфликт саудитов и ОАЭ с «маленьким, но очень гордым» Катаром. Да и внутренние процессы в той же Саудовской Аравии привлекают больше внимания почтенной публики — одна интрига с отказом от листинга Saudi Aramco чего стоит.

Но все это совершенно не мешает монархиям Залива активно участвовать во всем, что происходит в регионе и за его пределами. Достаточно сказать, что они сейчас оплачивают почти половину всех расходов США и их союзников в Сирии, рука об руку работают с американцами и израильтянами по палестинской проблематике, присутствуют в Египте, Ливии, Афганистане, Пакистане и даже Таджикистане. И все это ради единственной и сакральной в их понимании цели — задавить Иран. Ну и попутно перекроить часть Ближнего и Среднего Востока «под себя».

Беседовал: Кавказ Омаров

www.yenicag.ru

1873