Арест Кочаряна — удар по интересам Кремля: на чью руку играет Пашинян?

Армения в последнее время с завидной периодичностью является источником скандальных новостей, наносящих серьезный репутационный ущерб России на международной арене, — не только в локальном или региональном, но и в глобальном масштабе.

Арест судом Еревана в минувшую пятницу, 27 июля, экс-президента Республики Армения Роберта Кочаряна по обвинению в «узурпации власти», по сути, — в свержении государственного строя или в государственном перевороте 1-2 марта 2008 года, а также предъявление аналогичного обвинения ныне действующему генеральному секретарю ОДКБ Юрию Хачатурову, являвшемуся в те дни начальником Ереванского гарнизона, относятся к числу именно таких событий, которые будут иметь глобальные и, что самое главное, — фатальные последствия для влияния России на Армению и вообще на весь регион Южного Кавказа.

Олег Кузнецов

Российские власти настолько обескуражены и обеспокоены этим событием, что в категорической форме запретили не только комментировать, но даже хоть как-то упоминать это событие за пределами ленты новостей. Те же прокремлевские политологи, кто все-таки успел до запрета прокомментировать это событие, были едины в одном, — во всех своих публикациях они как мантру повторяли один и тот же тезис: Россия так любит и уважает Армению, зачем вы нас так огорчили и даже унизили? Эта реакция как нельзя лучше отражает сегодняшнее состояние российско-армянских отношений, поскольку воочию раскрывает бессилие Москвы перед действиями Еревана, который сейчас не только не консультируется с Кремлем, но и демонстративно делает все для того, чтобы публично показать свою независимость от него. Премьер-министр Армении Никол Пашинян за два с половиной месяца своего полного политическими скандалами правления не только не выдохся, но, наоборот, действует со все большей уверенностью, активностью и настойчивостью, прочно держит инициативу и интригу в своих руках, разворачивает события в строгой логической последовательности, будто поэтапно воплощает в жизнь заранее разработанный и глубоко продуманный план действий, над составлением которого явно работала команда профессионалов высокого уровня, досконально понимающих ситуацию как внутри Армении, так и вокруг нее. Пашинян методично бьет по всем болевым точкам в отношениях Армении и России, не делая пауз, чтобы не дать возможности Кремлю сосредоточится и перехватить инициативу.

Для тех, кто не помнит те трагические и кровавые события десятилетней давности, которые легли в основу предъявленных обвинений Кочаряну и Хачатурову, напомню, что в феврале 2008 года в Армении состоялись президентские выборы, результаты которых, как считала тогдашняя армянская оппозиция, а теперь — действующая политическая власть, были целенаправленно фальсифицированы в пользу ставленника «карабахского клана» Сержа Саргсяна, ставшего в то время преемником власти от Роберта Кочаряна основателя хунты полевых командиров незаконных вооруженных формирований армянских сепаратистов Нагорного Карабаха.

Эта хунта, называемая еще в прессе «карабахским кланом», захватила власть в этой стране в результате террористического акта в парламенте — Национальном собрании Армении — 27 октября 1999 года. Тогда группа террористов под началом Наири Унаняна убила во время заседания высшего законодательного органа Армении 22 человека, включила главу парламента, вице-премьера правительства, нескольких министров и более полутора десятков депутатов. Это кровавое преступление ввергло в ступор власти и общественность Армении и позволило международным террористам из числа сепаратистов Нагорного Карабаха во главе с Робертом Кочаряном узурпировать власть в стране. Когда срок президентских полномочий Кочаряна закончился, и в Армении должны были состоятся очередные президентские выборы, в качестве альтернативы представителю «карабахского клана» Саргсяну оппозиция выдвинула кандидатуру первого президента страны Левона Тер-Петросяна, отстраненного от власти в 1999 году. Тер-Петросян, по мнению своих сторонников, те выборы выиграл, но хунта Кочаряна-Саргсяна заявила о победе своего кандидата, что привело к массовым общественным протестам в Ереване и в других городах Армении, превратившимся в столкновения с войсками и силами полиции, во время которых погибло 10 человек и около 200 получили роанения. В те дни нынешний премьер-министр Армении Никол Пашинян был в числе ближайшего окружения Тер-Петросяна, руководил уличными протестами, за что был арестован, осужден на семь лет лишения свободы, из которых пробыл в тюрьме четыре года, после чего был освобожден по амнистии.

Столь пространный пересказ событий новейшей истории Армении был необходим для того, чтобы читатель смог разобраться во всех хитросплетениях геополитических последствий, которые сегодня может повлечь за собой для Армении и для всего региона Южного Кавказа арест Роберта Кочаряна и ограничение свободы его ближайшего подручного по событиям марта 2008 года Юрия Хачатурова. Российская и часть русскоязычной армянской прессы, а вслед за ними и некоторые западноевропейские и азербайджанские издания, поспешили охарактеризовать это судебное решение как «сведение счетов» и как «месть» Пашиняна лично Кочаряну за четыре года, проведенные им в местах лишения свободы. Такая версия трактовки данного события сегодня чрезвычайно выгодна только одному субъекту геополитики на Южном Кавказе — Кремлю и лично президенту России Владимиру Путину, поскольку позволяет хотя бы на время замаскировать всю ту глубину пропасти, в которую катится влияние России в этом регионе и в отдельно взятой стране под названием «Армения». Однако, как говорят врачи, никакие терапевтические меры при необходимости экстренного хирургического вмешательства неэффективны. Роберт Кочарян, оказавшись в руках армянского правосудия, следственных органов и связанных с ними спецслужб США стал «самым слабым звеном» российского влияния в регионе, изъятие которого грозит разрушением всей цепи российско-армянских договоров и договоренностей.

Многие из политологов и журналистов считают арест Кочаряна и ограничение свободы Хачатурова ошибкой политики Пашиняна, так как этот шаг означает открытую конфронтацию между политическими элитами России и Армении, при этом Москва в данной ситуации якобы держит Ереван чуть ли не за горло. Увы, но так кажется только на первый взгляд. Если погрузиться в суть этого вопроса более глубоко, то на поверку оказывается, что Ереван после данного шага если не сам уже крепко держит Москву за горло, — весовые категории слишком несопоставимы, — то совершенно точно приобрел очень большое количество аргументов, чтобы активно противостоять любым попыткам Кремля непосредственно или опосредованно восстановить свое влияние в Армении. Кремль сегодня объективно не имеет абсолютно никаких ресурсов, чтобы даже попытаться изменить ситуацию в этой стране в свою пользу. Постараюсь объяснить это умозаключение несколькими тезисами.

Во-первых, Москва сегодня не может задействовать в своих интересах в Армении потенциал местного гражданского общества, так как этот сегмент полностью задействован Пашиняном и теми внешнеполитическими силами, которые привели его к власти в этой стране вопреки воле и интересам России. В Армении не осталось, а по большому счету, — никогда ранее и не было ни одной серьезной по численности и уровню своего влияния пророссийской общественной структуры. Кремль всегда влиял на процессы в Армении через местные криминально-олигархические структуры, явившиеся порождением транснационального армянского терроризма времен Карабахской войны 1988-1994 года, и искренне был убежден, что так он будет действовать в этой стране всегда, игнорируя и презирая общественное мнение. В основе российской политики в Армении лежали исключительно частные договоренности между высокопоставленными чиновниками двух стран, сопровождавшиеся коммерческими интересами одной или двух сторон сразу. Более того, нынешние российские власти всегда потакали армянскому религиозному национализму, считая его единственной формой организации армянского общества. Поэтому оказались бессильны перед приходом к власти популиста, покорившего своих сограждан идеей органического синтеза демократии и национализма.

К слову, подобная идеологема Пашиняна пришлась по вкусу и армяно-григорианской церкви, которую сами армяне называют апостольской. По сообщениям из Грузии, Украины и России, сейчас в структуре ААЦ активно проводится ротация иерархов, — на смену пророссийскими епископам и архиепископам из числа сторонников партии «Дашнакцутюн» назначаются прозападные, симпатизирующие партии «Гнчак». Пройдет еще пара-тройка месяцев, и ныне действующий патриарх-католикос всех армян Гарегин уже не будет иметь в церкви того веса, которым он обладал еще в начале этого года. А это означает, что о всех договоренностях между главами ААЦ и РПЦ также можно будет забыть. Конечно же, он останется главой церкви до своей смерти, хотя в истории ААЦ были случаи, когда параллельно сосуществовали сразу несколько католикосов, ориентированных на самые разные «великие державы». Поэтому Кремлю не приходится рассчитывать на возможность влияния на события в Армении через Эчмиадзин: он или покориться новой власти, или в церкви произойдет раскол, которые объективно не позволит прокремлевским силам использовать армяно-григорианскую церковь в своих интересах. Следовательно, традиционалистско-идеологическая модель «векового братства двух христианских народов на Кавказе» тоже пойдет на слом, как рухнула в Украине утопия «единства православия», когда православные украинцы с радостью и удовольствием убивают православных же «москалей».

Во-вторых, из-за уголовного преследования и ограничения свободы генерального секретаря ОДКБ Юрия Хачатурова, который также без всякого сомнения окажется в следственном изоляторе как только будет переизбран со своего поста, Россия лишилась возможности военно-политического влияния на официальный Ереван через структуры этой организации, особенно если вспомнить тот факт, что кандидатуры Хачатурова никогда не вызывала восторга у представителей Белоруссии и Казахстана, мнение которых Кремль при его «избрании» на эту должность, фактически, проигнорировал в угоду Еревану. Теперь Москве уж точно не приходится рассчитывать на поддержку Минска и Астаны, без любая одностороняя попытка давления по этой линии автоматически будет интерпретирована армянским руководством и внешнеполитическим ведомством как стремление Кремля «покровительствовать военному преступнику», а такая точка зрения, будучи доведенной до мировой прессы, которая только ждет повода, чтобы развернуть очередную антироссийскую пропагандистскую кампанию, сильно ударит по имиджу Кремля и еще более расширит и углубит разлом в отношениях России и Армении.. В нынешних условиях возможность военного переворота в Армении, на которую намекали через российские масс-медиа отдельные прокремлевские «ястребы» существенно локализована, сведена к минимуму, но не исключена полностью. Однако в ближайшей перспективе это все-таки случиться: как только сам Хачатуров будет переизбран с поста генерального секретаря ОДКБ и взят под стражу, после чего в вооруженных силах Армении начнется массовая чистка генералитета и старшего офицерского состава, после чего о российском влиянии на армянскую армию можно будет забыть. Не исключено, что сотрудники Специальной следственной службы Армении, расследующие деятельность Кочаряна, в процессе люстрации командного состава армии выявят «заговор», но это будет зависеть только от того, как поведет себя на допросах Кочарян, а вслед за ним Хачатуров и те другие высокопоставленные военные чины, которые будут привлечены к следствию.

В-третьих, арест Кочаряна полностью нейтрализует влияние прокремлевской армянской диаспоры России на внутреннюю и внешнюю политику Армении. Нынешние материальное благополучие и богатство армянской диаспоры России основывается на трех факторах — на деньгах армянского криминалитета, которые использованы в период приватизации в начале 1990-х годов, на деньгах американской и западноевропейской армянской диаспоры, которые были получены армянскими сепаратистами Нагорного Карабаха за оккупацию азербайджанских земель и потом были инвестированы ими в экономику России в коне 1990-х годов, а также на деньгах государственного бюджета Армении, которые «карабахский клан» направлял своим доверенным лицам в России в качестве оборотных средств для развития бизнеса, при этом заемные деньги возвращались через шесть-девять месяцев в бюджет, но заработанная с их помощью маржа оставалась в России. Последнюю схему заработка армянского бизнеса в России, начиная с 2000 года, курировал лично Роберт Кочарян, и поэтому он один среди армян имеет полное представление о том, кто, когда и сколько денег получил, сколько вернул, какую прибыль оставил себе. Естественно, кремлевские кураторы Кочаряна были в курсе всех этих дел и поощряли его в этой деятельности, поскольку она с точки зрения макроэкономики была выгодна России, так как приносила миллиардные в долларах беспроцентные кредиты, столь важные для России в условиях глобального мирового кризиса и международных санкций. «Деньги не пахнут», — учил древнеримский император Веспасиан, армянские инвестиции в экономику России, пусть даже не очень чистые и законные, продолжавшиеся более четверти века, Кремль вполне устраивали. Армянская диаспора в России жировала и поддерживала «карабахский клан» в Армении.

О степени срощенности финансовых интересов армянской диаспоры России и высокопоставленного федерального и регионального чиновничества свидетельствуют хорошо известные информированным людям факты принадлежности самых лакомых с точки зрениях их расположения земельных участков и элитной коммерческой недвижимости в большинстве краевых и областных центров России бизнесменам с армянскими фамилиями. Чтобы убедиться в этом, достаточно заглянуть в базу данных Федеральной регистрационной службы (Росреестра), а этого не могло случиться без согласия и прямого покровительства (естественно, небезвозмездного) со стороны губернаторов и мэров региональных центров. Конечно же, Роберт Кочерян не в курсе всех этих сделок, но о самых важных из них он, безусловно, наслушан, а поэтому много чего можут рассказать следствию и его американским коллегам о невполне, скажем мягко, добросовестных контактах российских чиновников и армянских олигархов, по итогам которых Армении оказывался протекционизм, скажем, в вопросах получения вооружения, в обмен на который российские должностные лица получали роскошные квартиры в центре Москвы, неподалеку от посольства Азербайджана.

Теперь Кочарян — в следственном изоляторе, не пройдет и недели, как вся информация о долгах армянской диаспоры России перед народом Армении станет достоянием армянских и связанных с ними американских спецслужб. Среди полутора тысяч американских дипломатов, аккредитованных сегодня в этой стране, я уверен, обязательно найдутся несколько специалистов по ведению допросов и вообще «развязыванию языка», а также полтора десятка опытных тюремщиков, которые не дадут пока одному Кочаряну, а вскоре и Хачатурову ни спать, ни повеситься. Не думаю, что у них возникнет много проблем с полученим всех подробностей интересующей информации, особенно если учитывать наличие арсенала психотропных веществ, расслабляющих волю и повышающих болтливость. Следовательно, очень скоро у официального Еревана появится огромный массив информации для шантажа первых лиц армянской диаспоры России, особенно тех, кто был связан с Кремлем, полсе чего перед каждым из этих людей встанет мучительный нравственный выбор — перестать быть армянином, но ценой этого сохранить за собой и потомками деньги, или разориться «во имя Родины» и «остаться армянином вопреки всему». Я не знаю, как российские олигархи армянского происхождения будут каждый для себя решать эту нравственную дилему, но вывод из всего этого напрашивается только один, — влиянию армянскойдиаспоры на политику Армении с арестом Кочеряна пришел конец. Или придет в самое ближайшее время.

Из всего сказанного выше, можно сделать совершенно определенный вывод о том, что посредством организации судебного преследования Кочаряна и Хачатурова новая власть Армении полностью застраховала себя от влияния Москвы и связала Кремлю руки в осуществлении против Еревана каких-либо радикальных действий.. В связи с этим показателен тот факт, что ни Кочарян, ни Хачатуров не предполагали возможности столь радикального изменения своей судьбы, а поэтому оба явились в суд, явно рассчитывая на статус свидетелей, а не обвиняемых. Нет сомнений и в том, что аналогичной точки зрения придерживались и в Кремле, пологая, что главным фигурантом дела станет Серж Саргсян, поскольку именно он оказался главным бенефициарием или выгодополучателем из событий марта 2008 года. Но Кочарян и Хачатуров, равно как и их кураторы из Кремля просчитались: Саргсян давно уже заключил сделку со Специальной следственной службой Армении и сдал на своих «старших товарищей» всю компрометирующую информацию этой спецслужбе. Иначе почему ему за два дня до судебного заседания позволили уехать в Италию якобы для прохождения медицинского обследования? Ответ на этот вопрос может быть только один: освобождение от юридической ответственности за преступления «карабахского клана» было главным, если не единственным условием сделки по передачи власти в Армении от Саргсяна к Пашиняну. Саргсян свою часть сделки выполнил, Пашинян сейчас выполняет свою. Именно поэтому Саргсян так повел себя в мае этого года, когда умышленно создал вакуум власти, очень быстро заполненный Пашиняном. Все это по форме очень напоминает мне события августа 1991 года в Москве, когда в три дня был разрушен Советский Союз.

После этого совершенно смешными и даже нелепыми кажутся слова российского министра иностранных дел Сергея Лаврова о том, что правительство Пашиняна обещало не преследовать своих политических предшественников, которые он сказал в интервью РИА Новости. Это заявление как никакое другое ярче всего характеризует всю близорукость, беспомощность и даже наивность главы российского внешнеполитического ведомства в отношении событий, происходящих сейчас в Армении. Я очень внимательно пересмотрел несколько раз его выступление, похожее на лепет младенца. О какой «устной договоренности» может идти речь, между кем и кем она состоялась? Если между Пашиняном и Путиным, то в возможность такой сделки я просто не верю, потому что российский президент не является откровенным идиотом, чтобы верить на слово популисту и уличному хулигану, которым по своей сути является Никол Пашинян. Остается вариант того, что свои устные гарантии Пашинян давал ни кому другому как самому Лаврову, являвшемуся куратором «карабахского клана» Кочаряна-Саргсяна в политическом руководстве России, и было сделано в приблизительно такой форме: «я тебе, как армянин армянину, это обещаю». В этой ситуации странно только одно, — почему Лавров не понимал, что Пашинян и Кочарян — не просто политические конкуренты или противники, а непримиримые враги и кровные антагонисты, какими были всегда ереванские — бывшие османские — и карабахские — бывшие персидские — армяне, до своего подчинения России говорившие на разных языках и являвшиеся носителями культур разных цивилизаций? Или он наивно полагал, что дашнаки террором и насилием в течение ста последних лет загнали и тех, и других в единую армянскую политическую нацию? Возможно, что для всего остального мира армяне таковыми и являются, но когда дело доходит до внутри армянских распрей и разборок.

Совершенно очевидно, что единственно возможным условием относительно долгого существования в Армении откровенно популистского политического режима Никола Пашиняна будет являться борьба с наследием 18-летнего правления «карабахского клана» Кочаряна-Саргсяна и самым тесным образом связанным с ним российским влиянием внутри страны. Именно для этого была создана Специальная следственная служба, которая ходатайствовала перед судом Еревана об аресте Кочаряна и Хачатурова в связи с событиями 1-2 мая 2008 года. События того времени очевидны и прозрачны, поэтому собрать в отношении этих обвиняемых доказательную базу для их осуждения следствию не представится особенных сложностей, была бы на то политическая воля. А она, как мы видим, присутствует. Не пройдет и нескольких месяцев, как оба этих персонажа превратится из обвиняемых в подсудимых, а затем — в осужденных. Возможно, не только они, но и еще ряд высших военных и полицейских чинов, после чего расчистится путь для реорганизации всего силового блока и его освобождения от российского политического и технического влияния. И начнется «чистка» в армии с расформирования российско-армянской группировки войск (сил), так как именно в ней «найдутся» самые ярые сподвижники Юрия Хачатурова.

А теперь — самое главное. «Карабахский клан» пришел к власти в Армении отнюдь не в 2008 году, а после бойни в Национальном собрании Армении в ноябре 1999 года, о чем было кратко упомянуто в начале этой статьи. Если Пашинян и созданная им Специальная следственная служба действительно хотят покончить с наследием правления хунты полевых командиров незаконных вооруженных формирований армянских сепаратистов Нагорного Карабаха, находившейся у власти в Ереване с 2000 по начале 2018 года, то им в любом случае придется возвращаться к истокам — к тому самому террористическому акту, исполнители которого уже 18 лет без суда и следствия сидят в следственном изоляторе, а «карабахский клан» все эти годы их не судил и не амнистировал, так как явно опасался утечки какой-то очень важной для себя информации. Главным выгодполучателем от того террористического акта стал Роберт Кочарян, возглавивший страну и начавший со своими ближайшими подручными за счет средств государственного бюджета частный бизнес по зарабатыванию денег в России. Сейчас он — в том же следственном изоляторе, возможно, даже в одной камере с Наири Унаняном (хотя это маловероятно, так как подельники в одной камере не содержатся). Если рассмотреть тот террористический акт с позиций законов оперативно-следственной логики, то получается, что Унанян был исполнителем, Кочарян — организатором, так как получил от него наибольшую выгоду, следствие, без всякого сомнения, очень скоро выявит подстрекателей и пособников. После этого возникает самый главный вопрос любого следствия о государственном перевороте, а кто был заказчиком этого преступления, в чьих конкретно интересах осуществлялось изменение политического режима в стране?

Все тот же Левон Тер-Петросян после добровольного ухода из власти после того террористического акта 27 октября 1999 года в Национальном собрании Армении не раз намекал на то, что ниточки заговора тянутся в Москву, и если это было так в действительности, то Специальная следственная служба Армении при поддержке коллег из ФБР и ЦРУ США не остановится ни перед чем, чтобы получить от Кочаряна информацию не просто о «российском», а именно о «кремлевском» следе в этом преступлении, а в идеале — о личном приказе президента Владимира Путина, являвшегося тогда директором ФСБ России, не организацию такого террористического акта и смену власти в Армении на абсолютно пророссийскую. Вот та задача-максимум, которая стоит сегодня перед сотрудниками ССС Армении и ее американскими коллегами, именно с этой целью был арестован Кочарян и содержится в Армении «под колпаком» Хачатуров. Ну а если доказательств этой связи найти не удастся, то Кочарян все равно расскажет о «тайной дипломатии» России в Армении, о политических и финансовых махинациях, которые связывают между собой элиты двух стран. После чего возможны самые разнообразные варианты — от шантажа отдельных должностных лиц вплоть до глобального политического скандала, способного вызвать импичмент российского президента.

Какая в этом деле с арестом Кочаряна после всего такого может быть «месть» и «сведение счетов»? Речь идет о глобальной геополитике, способной изменить судьбы мира.

Специально для Yenicag.ru политолог, историк, Олег Кузнецов

www.yenicag.ru

1262
UTRO.AZ
NOVOYE-VREMYA.COM