Павел Зарифуллин

О логистических путях, о роли Китая в Центральной Азии и многовекторной политике Узбекистана, рассказал Yenicag.ru директор Центра Льва Гумилева, политолог Павел Зарифуллин.

— Недавно вступил в силу железнодорожный проект из Баку-Тбилиси-Карс, который идет из Китая в Европу. Насколько сильно сейчас влияние Китая в Центральной Азии?

— Выдвигая совершенно новую внешнеполитическую инициативу — экономический пояс вдоль Шелкового пути, китайские власти основной акцент сделали на необходимости сформировать мощные транзитно-транспортные коридоры в западном направлении. Так называемый «центральный маршрут» китайского Шелкового пути проходит по территории центральноазиатских стран. Исходя из задач своего проекта, в настоящее время Китай стремится более тесно интегрировать Узбекистан и Кыргызстан в региональные транспортные проекты. В условиях увеличения зависимости КНР от импорта энергоносителей, роль и место Центрально-азиатских республик в политике Китая как источников и как транзитных стран резко возрастает. В частности, на протяжении последних лет китайская сторона усиленно продвигает проект строительства железной дороги Китай-Кыргызстан-Узбекистан.

Виденье по строительству данного проекта у участников пока не совпадает. Но в ближайшее время стороны могут найти компромиссный вариант, и железную дорогу могут построить. 30 октября было торжественное открытие железной дороги Баку-Тбилиси-Карс. Для того чтобы понять степень важности и значимости запускаемого железнодорожного проекта Баку – Тбилиси – Карс, следует посмотреть на географическую карту Южного Кавказа. Можно понять, что железнодорожный проект, который с помпой запускается в Баку – это однозначно проект политический, и никаких экономических, логистических и каких-либо других целей не преследует. И Баку, и Тбилиси, и Анкара преувеличивают Итак, президенты трех государств — Грузии, Турции и Азербайджана — торжественно празднуют окончание строительства целой стокилометровой ветки от железной дороги, работающей в регионе вот уже более ста лет. Более того, выдавали они это мероприятие за празднование запуска большой железнодорожной магистрали длиной в 800 с лишним километров: от Баку, через Тбилиси и Ахалцихе, до турецкого города Карс.

Хотя на самом деле отрезок железной дороги от Баку до Тбилиси и от Тбилиси до Ахалцихе действует вот уже более ста лет. А железная дорога от Гюмри до Карса существовала еще в конце XIX века, ее запускал русский царь в 1899 г. Как бы то ни было, сейчас в регионе возникает новый логистический вектор, целенаправленно идущий в обход территории Армении, и расстояние от точки А (Баку) до точки Б (Карс) увеличивается более чем в два раза. И это при раскладе, когда железнодорожная ветка от Гюмри до Карса существует и достаточно стабильно работала в Советском Союзе. И когда представители Грузии, Турции и Азербайджана говорят, что строительство и запуск этой стокилометровой ветки от Ахалцихе до Карса не преследует политической цели и строилась не для того, чтобы изолировать Армению от основных транспортных и пассажирских железнодорожных путей. Вот тут-то они просто недоговаривают. На самом деле, с чисто экономической точки зрения, подобный железнодорожный «выкрутас» не может иметь никакой логистической эффективности. Хотя на проект те же турки и азербайджанцы выделили 600 миллионов долларов, причем Баку ровно половину этой суммы в качестве кредита выделил для Тбилиси, то есть Грузия еще и покрывать ее будет в счет транзита.

Пекин не заинтересован в ветке Ахалцихе – Карс. Не может железнодорожная магистраль Баку – Тбилиси – Карс стать частью того самого Великого Шелкового Пути, который старается восстановить Китай. Ведь, как ни крути, товары из Китая должны поступить в Иран с тем, чтобы дальше уходить в сторону Европы через ту же самую Турцию. Ведь на самом-то деле Иран давно уже соединен с Турцией железной дорогой, и если бы китайцев устраивала бы вероятность выхода на Европу транзитом именно через Иран – Турцию, то Китай сделала бы это давно. Однако эта дорога по ряду причин Пекин не устраивает. Китайцы ищут максимально спокойный район, по которому можно было бы выйти хотя бы на берег Черного моря через Иран. И чтобы та граница, через которую будет выходить железная дорога из Ирана, тоже была бы спокойной, без политических, военных и всяких прочих катаклизмов. И это уж точно не та дорога, которая выводит рельсы опять-таки на Турцию, куда из Ирана давно уже есть прямая дорога — на Ван. Ну, а что касается железнодорожной ветки, соединяющей старую грузинскую железную дорогу от Джавахети до турецкого Карса, то верным доказательством того, что это проект именно регионально-политический, является восторг, с каким недавно о нем отозвались официальные лица Пакистана.

Пакистан — это одна из немногих стран, которые до сих пор не признают Армению и не имеют с ней никаких политических отношений. Так вот, Исламабад на днях заявил, что отныне он получает прямой выход на европейский рынок посредством железной дороги, соединяющей Азербайджан, Грузию и Турцию. Можно подумать, дорога от иранского Тебриза до Вана и далее везде пакистанцев чем-то не устраивала. В Баку на церемонии открытия и сдачи в эксплуатацию маршрута Баку-Тбилиси-Карс протяженностью 826 километров присутствовали президент Азербайджана Ильхам Алиев с первой леди Мехрибан Алиевой, турецкий лидер Реджеп Тайип Эрдоган с супругой Эмине Эрдоган, главы правительств Казахстана, Грузии и Узбекистана, а также делегации Таджикистана, Туркменистана и другие официальные лица. А кому тогда выгодна эта железная дорога? А выгодна эта железная дорога в первую очередь Казахстану, который в какой-то мере получит возможность выхода на потребительский рынок Турции и далее в Европу посредствам морских перевозок через Каспий.

В любом случае несколько странно звучат разговоры о том, что проект, который в Баку запустили с помпой Реджеп Эрдоган, Ильхам Алиев и Георгий Квирикашвили, не является политическим. Стокилометровая ветка от грузинской железной дороги, построенная за 600 миллионов долларов и за 10 лет – это однозначное свидетельство того, что Азербайджан и Турция готовы буквально на все, лишь бы продолжить транспортную блокаду Армении, начатую еще 25 лет тому назад. И тем важнее в этом плане активизировать в Армении работы по строительству дороги Север – Юг. Насколько сильно сейчас влияние Китая в Центральной Азии? Сегодня есть три основных державы, для которых Центральная Азия жизненно важна с геополитической точки зрения – это Китай, Россия и Индия. Остановимся на Китае.

Рост роли Китая в Центральной Азии является одной из наиболее масштабных тенденций в региональной геоэкономике в новом тысячелетии. Китай объявил о своем намерении стать крупным игроком в регионе в сентябре 2013 г., когда председатель КНР Си Цзиньпин во время речи в Астане представил самую крупную инициативу его правительства «Один пояс – один путь». Рост китайской торговли и инвестиций в Центральную Азию, а также запуск амбициозной китайской инициативы «Один пояс – один путь», стал стратегической внешнеполитической и внешнеэкономической программой КНР в этом регионе. Роль Пекина в регионе продолжает расти, но стройной стратегии по использованию новоприобретенного влияния не просматривается. Разговоры о расширении влияния Китая в регионе не новы. В Центральной Азии наблюдается множество признаков растущей роли Китая. Местные рынки полны китайских товаров, инфраструктура строится в основном китайскими фирмами на китайские ссуды, а за визитами высокопоставленных лиц — из Китая в регион или наоборот — следуют объявления о крупных сделках. Пекин дает так называемые дешевые кредиты на льготных условиях и на срок до 20 и более лет, которые на фоне труднодоступности ликвидных российских и западных финансовых ресурсов практически не имеют альтернативы.

Возможность использовать их для быстрого решения насущных социально-экономических задач заставляет руководство республик Центральной Азии постоянно наращивать долг перед Китаем. Так, Кыргызстан должен Экспортно-Импортному Банку Китая сумму в $1 млрд. 483 млн. 520 тыс. У Таджикистана образовался перед Китаем долг в размере 1,8 млрд. долл. При этом у республики нет опыта эффективного управления долгом, а это чревато долговым кризисом. В частности, ему необходимо перейти от поставок китайских товаров народного потребления к оказанию содействия в строительстве, реконструкции, модернизации тех таджикских предприятий, которые выпускают товары народного потребления еще с советских времен. Совокупный объем китайских инвестиций в узбекскую экономику составляет более 7 млрд. долл. Примечательно, что в Узбекистане большая часть китайских инвестиций направляются в реальный сектор экономики, что отличает республику от других стран региона. Так, к примеру, выделяемые Китаем кредиты и займы, узбекские власти стараются направлять на строительство и запуск новых видов высокотехнологичных производств. Китай в Казахстане, занимает четвертое место в списке крупнейших кредиторов: сумма долга ему равна 12,18 млрд. долларов США или 7,36% от всего внешнего долга. Хочется отметить, что только одна Центрально-азиатская республика Туркменистан, по заявлению президента Гурбангулы Бердымухамедова, не имеет внешнего долга. Китай иногда оказывается в центре внимания во время коррупционных скандалов.

Смещенный премьер-министр Кыргызстана Темир Сариев покинул свой пост на фоне обвинений во взяточничестве в рамках контракта на строительство дорог, присужденного китайской компании Longhai. Схожие подозрения высказываются и в других странах, правда, конкретных подробностей обычно не озвучивают. Крупной проблемой для Китая являются определенные сложившиеся о нем взгляды. В частности, среди экспертов и чиновников в Центральной Азии укрепилось мнение, что за инвестициями КНР в регионе кроются некие тайные цели. Подобная подозрительность подкрепляется убежденностью, что регион интересует Китай только в качестве источника природных ресурсов или транзитной территории, через которую можно добраться до более выгодных рынков. Зная о существовании подобной имиджевой проблемы, Китай постарался ее решить. Во время визита в Кыргызстан министр иностранных дел КНР Ван И провел переговоры со своим кыргызским коллегой о возможном переносе китайских заводов в эту республику. Кроме того, телекоммуникационные компании Huawei и ZTE открыли сборочные производства в Узбекистане, а фирма Xuzhou Construction Machinery Group (XCMG) намерена сделать то же самое в рамках масштабного строительства, развернувшегося под эгидой инициативы «Один пояс и один путь». В Казахстане власти не теряют надежду, что особые экономические зоны, развернутые в МЦПС «Хоргос» и других местах, превратятся из транзитных пунктов для китайских товаров в крупные производственные центры. Китай также продолжает оставаться крупным импортером энергоносителей из региона. Правда, как Туркмения выяснила в прошлом году, объемы потребляемого Китаем газа не безграничны. Хотя все внимание сейчас обращено на трансафганский проект ТАПИ, появляется все больше признаков того, что строительство новых ниток газопровода из Туркмении в КНР пока заморожено. Это и породило множество домыслов о том, каковы реальные намерения Китая в регионе и возможно ли столкновение с другими крупными игроками – Индией и Россией.

— Как вы оцениваете влияние Китая на страны центральной азии и насколько эти тенденции опасны для России?

— Можно говорить очень долго о просачивании китайцев и китайского бизнеса на территорию Центрально-азиатских республик. Это видно и в Кыргызстане и в Таджикистане, и в Казахстане. Эти республики на себе ощущают опасность проникновения или мягкого просачивания китайцев и китайского бизнеса в их страны. Для Узбекистана и Туркменистана эта политика Китая менее заметна, но и их она не обходит стороной.

Китай мягко выдавливает Россию с экономических сфер влияния в Центрально-азиатских республиках за счет долгосрочных и дешевых кредитов. Россия пока не способна стать конкурентом для китайских инвестиционных проектов в этом регионе. Хотя у русских есть хорошая поговорка: «Скупой платит дважды». Чем это может обернуться для Центрально-азиатских республик: потерей суверенитета, территориальной целостностью или экономической зависимостью, можно только догадываться.

Много векторная политика Центрально-азиатских республик, о которой так с пафосом говорят руководители этих государств, ещё не принесла ни одному из них успехов, как в политической, так и в экономической сферах. Какие угрозы для России несет в себе выдавливание её с Центральной Азии? С точки зрения обывателя, никаких. Современная государственная граница между РФ и КНР свои очертания приобрела после окончательной демаркации в 2005 г. (с территориальными уступками в пользу Китая). Её протяжённость — 4209,3 км. Станет она на несколько тысяч длиннее или короче, главное – без территориальных потерь. На проекты в области экономики и энергоресурсов между Россией и КНР это тоже не повлияет.

Взаимная интеграция между странами осуществляется на основе долгосрочных договоров и проектов. А вот с точки зрения экономиста и политолога, то здесь совершенно другой расклад. Россия, кроме надежных союзников, теряет рынки сбыта и доступ к полезным ископаемым и энергоресурсам. Ухудшение уровня жизни населения в Центрально-азиатских республиках увеличит поток мигрантов в Российскую Федерацию и тем самым нанесет удар по экономическим аспектам и уровню жизни населения. А это в свою очередь может вызвать протестные акции и межнациональную вражду. Тем не менее, Китай ведет себя в регионе осторожно, или даже нерешительно, и продолжает заявлять о первостепенной роли России в Центральной Азии. Также Пекин старается не ввязываться в местные экономические и политические неурядицы.

— Узбекистан при новом президенте сделал ряд реформ. Как вы оцениваете новую власть в Узбекистане, и как она будет развиваться дальше?

— Президент Республики Узбекистан Шавкат Мирзиёев с момента своего избрания активно включился в выстраивание внешнеполитического курса своей страны. Такой насыщенный график политической деятельности Президента Узбекистана придает качественно новую динамику в региональные процессы в Центральной Азии. Безусловно, это имеет самое прямое отношение и играет ключевую роль в укрепление стабильности и обеспечении новых благоприятных условий для устойчивого динамичного развития всего центрально-азиатского региона по ряду объективных причин.

Во-первых, Узбекистан — это крупнейшее государство в Центральной Азии. Его население выросло с начала 90-х годов с 20 млн. до 32,5 млн. человек и составляет сегодня практически половину населения всего региона. На протяжении более одиннадцати лет Узбекистан демонстрирует высокие темпы экономического развития. В 2017-2018 гг. международные финансовые организации ожидают рост ВВП страны на уровне не ниже 7,4%. Иными словами, половина населения Центральной Азии «обеспечена» таким быстрыми темпами социально-экономического развития. При этом не упоминается о вкладе граждан страны, выехавших на заработки в соседние государства, в том числе и в Россию. Как многие отметили, показательным был государственный визит в Кыргызскую Республику Шавката Мирзиёева, в ходе которого он с Алмазбеком Атамбаевым обсудили вопросы расширения связей между двумя странами во всех сферах и перспективы дальнейшего сотрудничества. Итоги переговоров на высшем уровне продемонстрировали, что сегодня узбекско-кыргызские отношения вышли на новый уровень по всем направлениям сотрудничества между Узбекистаном и Кыргызстаном, в том числе и по уточнению спорных моментов при демаркации государственной границы (не уточненными остаются 320 км.).

Впервые с момента вступления в должность президента Узбекистана Шавката Мирзиёева 11 августа 2017 г. в Ташкенте был озвучен внешнеполитический курс государства. Определение Шавкатом Мирзиёевым Центральной Азии в качестве главного внешнеполитического приоритета – это не просто декларация, а естественное и искреннее стремление Узбекистана к установлению добрососедских, дружественных, взаимовыгодных отношений со своими ближайшими соседями. Узбекистан, имея общую границу со всеми государствами Центральной Азии, объективно заинтересован в превращении региона в зону стабильности, устойчивого развития и добрососедства. Решение всех жизненно важных вопросов развития страны – от безопасности границ до справедливого распределения водных ресурсов – неразрывно связано с регионом. Экономически процветающая, безопасная Центральная Азия является для Узбекистана абсолютным приоритетом. Любые крупные региональные проекты транспортно-коммуникационного и энергетического характера невозможно реализовать без активного взаимодействия со странами региона, не обеспечив высокий уровень их интегрированности.

Более того, Центральная Азия – не только географическое и геополитическое, но и единое культурно-цивилизационное пространство. Народы, проживающие в регионе, объединяют общие духовные ценности, единое историческое прошлое, схожие национальные традиции и обычаи, веками сложившийся менталитет и единая религия — Ислам. Эта общность создает крепкий и надежный фундамент для эффективного регионального сотрудничества. Политика Узбекистана в Центральной Азии направлена на обеспечение мира и стабильности в регионе, решение ключевых проблем региональной безопасности, обеспечение справедливого и рационального использования водных ресурсов трансграничных рек Центральной Азии и экологической устойчивости региона, завершение процессов делимитации и демаркации границ, принятие эффективных мер по борьбе с новыми угрозами, налаживание тесного, взаимовыгодного и конструктивного сотрудничества со всеми сопредельными странами.

Узбекистан традиционно проводит добрососедскую и дружественную политику в отношении Афганистана, придерживаясь принципиальной позиции невмешательства во внутренние дела этого государства, организации сотрудничества с ним на двусторонней основе, исходя из взаимных национальных интересов и уважая выбор афганского народа. Узбекистан считает, что единственное решение афганской проблемы — это мирные политические переговоры, достижение внутреннего консенсуса между противоборствующими сторонами при финансовой, экономической, гуманитарной поддержке со стороны стран-доноров, при активном участии Организации Объединённых Наций. Приоритетным направлением внешней политики Узбекистана являются страны-члены Содружества Независимых Государств (СНГ), с которыми его связывают исторически сложившиеся политические, экономические, транспортно-коммуникационные и иные связи (борьба с транснациональными угрозами и вызовами безопасности).

Узбекистан выстраивает двусторонние отношения сотрудничества со странами СНГ на основе равноправия, взаимной выгоды, уважения и учета интересов друг друга. Вместе с тем сотрудничество со странами СНГ в рамках ОДКБ президентом Узбекистана не рассматривается, хотя с Организацией Североатлантического договора, который был создан в 1948 г. для защиты Европы от Советского вторжения, он планирует взаимовыгодное сотрудничество. Взаимодействие Узбекистана с Россией не предполагает каких-либо серьезных изменений, оно будет строиться на последовательном развитии и всестороннем укреплении дружественных связей с Россией на основе Договора о стратегическом партнерстве от 16 июня 2004 г., Договора о союзнических отношениях от 14 ноября 2005 г., а также Декларации об углублении стратегического партнерства между Республикой Узбекистан и Российской Федерацией от 4 июня 2012 г. отвечают интересам обеих стран и служат укреплению стабильности и безопасности в регионе. Важными аспектами узбекско-российских отношений являются дальнейшее наращивание и диверсификация торгово-экономических связей и инвестиционного сотрудничества, взаимодействие в борьбе с транснациональными угрозами и в вопросах региональной безопасности. А вот приоритетное значение во внешней политике Узбекистана имеет развитие всестороннего взаимовыгодного и конструктивного сотрудничества с США, в т.ч. на основе положений Декларации о стратегическом партнерстве и основах сотрудничества между Республикой Узбекистан и Соединенными Штатами Америки от 12 марта 2002 г.. Важными направлениями двустороннего сотрудничества являются содействие установлению мира и стабильности в Афганистане, борьба с транснациональными угрозами и вызовами, расширение взаимодействия в области инвестиций и технологий в интересах поддержки осуществляемых в стране процессов модернизации и реформ.

Узбекистан также придает важное значение развитию взаимовыгодного сотрудничества с государствами Европы, а также с ЕС и НАТО. Ключевыми направлениями взаимодействия с европейскими странами и организациями являются вопросы развития торговли, инвестиционного и финансового сотрудничества, трансфера высоких технологий, сотрудничество в области науки, техники, образования, экологии, здравоохранения и культуры, а также укрепление региональной безопасности. Республика Узбекистан заинтересована в дальнейшем укреплении стратегического партнерства с КНР как с близким региональным соседом и государством, играющим одну из ключевых ролей в решении глобальных проблем. Развитие отношений с Китаем базируется на Совместной декларации об установлении стратегического партнерства между Республикой Узбекистан и Китайской Народной Республикой от 6 июня 2012 г., Договоре о дружбе и сотрудничестве и Совместной декларации о дальнейшем развитии и углублении двусторонних отношений стратегического партнерства от 9 сентября 2013 г. Основными направлениями сотрудничества со всеми ведущими странами АТР являются расширение торгово-экономического сотрудничества на взаимовыгодной основе, привлечение инвестиций и новых технологий в приоритетные производственные отрасли экономики Узбекистана, а также развитие взаимодействия в области науки и образования, здравоохранения, культуры и туризма.

Республика Узбекистан выступает за развитие всесторонних и взаимовыгодных отношений со странами Южной Азии, в частности с Индией и Пакистаном в торгово-экономической и транспортно-коммуникационной сферах. Узбекистан планирует активно развивать, и укреплять взаимовыгодные отношения с государствами Ближнего и Среднего Востока в области экономики, развития транспортных коммуникаций, финансов и инвестиций, в т.ч. в рамках Организации исламского сотрудничества (ОИС) и Исламского банка развития (ИБР). Республика Узбекистан активно участвует в работе авторитетных международных организаций, прежде всего ООН, рассматривая ее как единственную универсальную организацию, ответственную за поддержание международного мира и безопасности, а также за содействие устойчивому развитию государств в условиях стремительных процессов глобализации. Республика также является активным участником региональных организаций. В рамках Шанхайской организации сотрудничества Узбекистан выступает за дальнейшее развитие партнерства в противодействии вызовам и угрозам региональной безопасности, содействии устойчивому социально-экономическому развитию стран-членов ШОС, осуществлении совместных инфраструктурных и инвестиционных проектов. На сегодняшний день мы можем только сделать анализ выбранной президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым политического курса на перспективу. Это многовекторная внешнеполитическая и внешнеэкономическая деятельность государства, направленная на установление стабильности в Центральной Азии и развитие экономики страны. Ну, а результаты такой многовекторной деятельности Узбекистана мы увидим позже. Как говорят у русских: «Цыплят по осени считают».

Ниджат Гаджиев

Yenicag.Ru - www.yenicag.ru

× При полном или частичном использовании аналитики, интервью или новостей OOO "Yeni Chagh Azerbaijan" активная гиперссылка на главную страницу www.yenicag.ru обязательна.

Что думаете?
Друзя
Похожие Новости

    "Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта."