Одним из центральных событий ушедшего 2017 г. стала необратимость «Брексита».

Королева Елизавета II подписала закон о выходе Британии из ЕС. С этого времени вопрос стоит не о том, уйдет ли Британия из ЕС, а о том, как и когда этот выход состоится. И, главное, на каких условиях он произойдет. Эксперты немало пишут о том, какие трудности могут возникнуть у Британии. Однако при этом часто забывают, что Брексит открывает колоссальные возможности для самой Британии.

Алексей Фененко

Евросоюз без Британии становится более германским проектом. У Лондона, таким образом, появляется возможность играть на страхе европейских стран перед угрозой «германской гегемонии». Наибольшее внимание британская дипломатия уделяет Средиземному морю. Исторически здесь всегда были сильны британские позиции. Несмотря на распад Британской империи, Лондон сохранил за собой линию средиземноморских коммуникаций «Гибралтар — Мальта — Кипр». Ливийская война 2011 г. позволила Британии заблокировать неблагоприятный для нее проект создания Средиземноморского союза под эгидой Франции. (Не случайно, премьер Д. Кэмерон назвал ту войну «возрождением великой Британии»).

Теперь англичане смотрят в сторону своих четырех традиционных партнеров — Португалии, Италии, Греции и Кипра. Эти страны, как показал финансовый кризис 2009 — 201- гг., опасаются гегемонии Германии. Каждая из них с отдельности слишком слаба для противостояния Берлина. Но все вместе они вполне способны создать региональный субблок по образцу «Вышеградской группы» для мягкой блокировки немецких инициатив. (Причем для этого им не обязательно выходить из ЕС). А если добавить в баланс и Турцию, с которой кабинет Ангелы Меркель серьезно испортил отношения, то перспективы для Берлина в Южной Европе окажутся далеко не радужными.

Дипломатии Лондона благоприятствует и ослабление его традиционного соперника на Средиземном море — Испании. В начале 2017 г. в Мадриде заговорили о том, что выход Британии из ЕС может вновь поставить вопрос о Гибралтаре. Рост сепаратизма в Каталонии сам собой снял эту проблему. Ослабленная Испания будет заниматься проблемой сохранения своей территориальной целостности, в не мешать Британии в регионе. Параллельно Лондон играет против любого проекта создания «общеевропейских вооруженных сил». Еще в 2010 г. Британия и Франция подписали Ланкастерские соглашения о привилегированном военно-политическом партнерстве. В 2014 — 2016 гг. стороны расширили их дополнительными соглашениями о технических аспектах этого партнерства. В ноябре 2017 г.

Великобритания подписала соглашение о военном партнерстве с Польшей. Британская дипломатия опережает Германию на два хода. В Берлине только говорят о возрождении проекта «общеевропейских вооруженных сил». Но две страны ЕС — Франция и Польша охвачены двусторонними военными соглашениями с уходящей из ЕС Британией, а не с Германией. Шансов отыграться у Берлина практически нет.

Еще весной 2010 г. кабинет Гордона Брауна добился ликвидации ЗЕС — главной опоры «европейской оборонной идентичности». Создать что-то подобное на базе Лиссабонского договора у Германии не получилось. Зато у Британии получилось подписать военно-политические соглашения с Парижем и Варшавой. Особую роль здесь играет Россия. Еще в 2012 г. в Лондоне осторожно заговорили о том, что у Британии и России снова появилась общая задача — сдерживать гегемонию Германии в Европе. Украинский конфликт прервал наметившийся тогда процесс русско-британского сближения. Но даже здесь у Лондона появились потенциальные выгоды.

Конфликт на Украине разрушил российско-германское партнерство и сделал Германию главным инициатором антироссийских санкций в ЕС. А вот Лондон, несмотря на враждебную риторику, не закрыл окно для общения с Россией, что продемонстрировал визит министра иностранных дел Б. Джонсона в Москву в декабре 2017 года.

Партнерство с Россией превращало Германию в ключевой энергетический центр ЕС. Углубление конфликта с Россией приведет к его неизбежной потере. Последние опять-таки выгодно Британии, которая до 1987 г. была ключевой энергетической державой Европы. Кроме того, разрастание конфликта с Россией сделает Германию более зависимой от стран Восточной Европы. Ресурсы немецкой дипломатии в Западной и Южной Европе сократятся. Британия не просто уходит из ЕС, а уходя, играет на его ослабление. Германия, напротив, ссорясь с Грецией, Италией, Польшей и Россией играет на ослабление Евросоюза. Будущий историк, наверное, скажет, что Кэмерон переиграл Меркель на всех направлениях.

Алексей Фененко, эксперт по международной безопасности РАН, доцент Факультета мировой политики МГУ имени М.В. Ломоносова, эксперт РСМД, специально для Yenicag.Ru .

Yenicag.Ru - www.yenicag.ru

× При полном или частичном использовании аналитики, интервью или новостей OOO "Yeni Chagh Azerbaijan" активная гиперссылка на главную страницу www.yenicag.ru обязательна.

Что думаете?
Друзя
Похожие Новости

    "Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта."